Все молитвы раздела "Библиотека"

Смотреть списком →

Исповедь внутреннего человека, ведущая к смирению

Услышал я, что за 7 верст от Киева в Китаевой Пустыни есть духовник подвижнической жизни и весьма мудрый и благоразумный,- кто ни побывает у него на духу, приходит в чувство умиления и возвращается со спасительным наставлением и легкостью в душе. Сие очень меня возрадовало и я немедленно пошел к нему. Посоветовавшись и побеседовавши, я подал ему свой листок на рассмотрение. Прочитавши оный, он сказал мне: "ты, любезный друг, написал много пустого. Выслушай: • во первых, не должно на исповеди произносить тех грехов, в коих ты прежде каялся и был разрешен и не повторял их, а иначе это будет недоверчивость к силе таинства исповедания; • во вторых: не должно вспоминать других лиц, соприкосновенных к грехам твоим, а только себя осуждать; • в третьих: святые Отцы запрещают произносить грехи со всеми околичностями, а признаваться в них вообще, дабы частным разбором оных не возбуждать соблазна в себе и в духовнике; • в четвертых: ты пришел каяться, а не каешься в том, что не умеешь каяться, т. е. хладно и небрежно приносишь покаяние; • в пятых: мелочи ты все перечел, а самое главное опустил из вида,- не объявил самых тяжких грехов, не сознал и не записал, что ты не любишь Бога, ненавидишь ближнего, не веруешь слову Божию и преисполнен гордостью и честолюбием. В сих четырех грехах вмещается вся бездна зла и все наше душевное развращение. Они суть главные корни, от коих происходят все отростки наших грехопадений.
Услышавши это, я удивился, да и начал говорить: "помилуйте, преподобный батюшка, как же можно не любить Бога, Создателя и Покровителя нашего! Чему же и верить, как не слову Божию, - в нем все истинно и свято. А каждому ближнему я желаю добра; да и за что же мне его ненавидеть? Гордиться же мне нечем: кроме бесчисленных грехов моих, я ничего похвального не имею. И куда мне по моей бедности и хворости сластолюбствовать и похотствовать? Конечно, если бы я был образованный или богатый, то, неспорно, что был бы и виноват против сказанного вами."
“Жалко, любезный, что ты мало понял то, что я тебе объяснял. Дабы скорее вразумить тебя, вот дам я тебе списочек, по которому я и сам всегда исповедаюсь. Прочти его и ты ясно увидишь точные доказательства всего того, что я тебе сейчас говорил”.
Духовник подал мне списочек, и я стал читать его:

 

Исповедь внутреннего человека, ведущая к смирению

 

"Внимательно обращая взор мой на самого себя и наблюдая ход внутреннего моего состояния, я опытно уверился, что я не люблю Бога, не имею любви к ближнему, не верю ничему религиозному и преисполнен гордостью и сластолюбием. Все это я действительно нахожу в себе посредством подробного рассматривания моих чувств и поступков, как-то:

 

1. Я не люблю Бога. -- Ибо если бы я любил Его, то непрестанно размышлял бы о Нем с сердечным удовольствием; каждая мысль о Боге доставляла бы мне отрадное наслаждение. Напротив, я гораздо чаще и гораздо охотнее размышляю о житейском, а помышление о Боге составляет для меня труд и сухость. Если бы я любил Его, то собеседование с Ним чрез молитву питало бы меня, наслаждало и влекло к непрерывному общению с Ним; но, напротив, я не токмо не наслаждаюсь молитвою, но еще при занятии ею чувствую труд, борюсь с неохотою, расслабляюсь леностью и готов с охотою чем-нибудь маловажным заняться, чтобы только сократить или престать от молитвы. В пустых занятиях время мое летит неприметно, а при занятии Богом, при поставлении себя в Его присутствие, каждый час мне кажется годом. Кто кого любит, тот в продолжение дня беспрестанно о нем мыслит, воображает его, заботится о нем и при всех занятиях любимый друг его не выходит из его мыслей; а я в продолжение дня едва ли отделяю и один час, чтобы глубоко погрузиться в размышление о Боге и воспламенить себя в Его любви, а двадцать три часа охотно приношу ревностные жертвы страстным моим идолам!.. В беседах о предметах суетных, о предметах низких для духа, я бодр, я чувствую удовольствие, а при рассуждении о Боге я сух, скучлив и ленив. Если же и невольно бываю увлечен другими к беседе божественной, то стараюсь скорее переходить к беседе, льстящей страстям моим. Неутомимо любопытствую о новостях, о гражданских постановлениях, о политических происшествиях; алчно ищу удовлетворения моей любознательности в науках светских, в художествах, в приобретениях, а поучение в Законе Господнем, познании о Боге, о религии не делает на меня впечатления, не питает души моей, и я сие почитаю не токмо несущественным занятием христианина, но как бы сторонним и побочным предметом, коим я должен заниматься разве только в свободное время, на досуге. Кратко сказать, если любовь к Богу познается по исполнению Его заповедей: "аще любите Мя, заповеди Моя соблюдите", говорит Господь Иисус Христос, а я заповедей Его не токмо не соблюдаю, но даже и мало стараюсь о сем, то по самой чистой истине следует заключить, что я не люблю Бога... Сие утверждает и Василий Великий, говоря: "Доказательством, что человек не любит Бога и Христа Его есть то, что он не соблюдает заповедей Его" (Нрав. прав. 3).

2. Я не имею любви к ближнему. -- Ибо не только не могу решиться для блага ближнего положить душу мою (по Евангелию), но даже и не пожертвую моею честью, благом и спокойствием для блага ближнего. Если бы я любил его по Евангельской заповеди, как самого себя, то несчастье его поражало бы и меня, благополучие его приводило бы и меня в восхищение. А, напротив, я выслушиваю любопытнее несчастные повести о ближнем, не сокрушаюсь, а бываю равнодушным или, что еще преступнее, - нахожу как бы удовольствие в оном и худые поступки брата моего не покрываю любовию, но с осуждением их разглашаю. Благосостояние, честь и счастье его не восхищают меня, как собственные, а совершенно, как все чуждое, не производят во мне радостного чувства, но еще тонко возбуждают во мне как бы зависть или презрение.

3. Я не верю ничему религиозному. -- Ни бессмертию, ни Евангелию. Если бы я был твердо убежден и несомненно верил, что за гробом есть жизнь вечная с возмездием за дела земные, то я беспрестанно размышлял бы об этом; самая мысль о бессмертии ужасала бы меня, и я провождал бы жизнь сию как пришлец, готовящийся вступить в свое отечество. Напротив, я и не думаю о вечности и конец настоящей жизни почитаю как бы пределом моего существования. Тайная мысль гнездится во мне: кто знает, что будет по смерти? Если и говорю, что верю бессмертию, то это говорю только по разуму, а сердце мое далече отстоит от твердого убеждения в оном, что открыто свидетельствуют поступки мои и постоянная забота о благоустройстве чувственной жизни. Когда бы святое Евангелие, как слово Божие, было с верою принято в мое сердце, я бы беспрестанно занимался оным, изучал бы его, наслаждался бы им и с глубоким благоговением даже взирал бы на него. Премудрость, благость и любовь, в нем сокрытые, приводили бы меня в восхищение, я наслаждался бы поучением в Законе Божием день и ночь, питался бы им, как повседневною пищею, и сердечно влекся бы к исполнению его правил. Ничто земное не сильно было бы отклонить меня от оного. Напротив, если я изредка и читаю или слушаю слово Божие, то и то или по необходимости, или по любознательности и при сем не входя в глубочайшее внимание, чувствую сухость, незанимательность и, как бы обыкновенное чтение, оставляю без всякого плода и охотно готов заменить его чтением светским, в коем нахожу более удовольствия, более новых занимательных предметов.

4. Я преисполнен гордости и чувственного себялюбия. -- Все поступки мои сие подтверждают: видя в себе доброе, желаю поставить его на вид, или превозношусь им пред другими, или внутренне любуюсь собой; хотя и показываю наружное смирение, но приписываю все своим силам и почитаю себя превосходнейшим других или, по крайней мере, не худшим; если замечу в себе порок, стараюсь извинить его, покрыть личиною необходимости или невинности; сержусь на неуважающих меня, почитая их неумеющими ценить людей; дарованиями тщеславлюсь, неудачи в предприятиях почитаю для себя оскорбительными, ропщу и радуюсь несчастью врагов моих; если и стремлюсь к чему-либо доброму, то имею целью или похвалу, или своекорыстие духовное, или светское утешение. Словом, - я непрестанно творю из себя собственного кумира, которому совершаю непрерывное служение, ища во всем услаждений чувственных и пищи для сластолюбивых моих страстей я похотений.

Из сего перечисленного я вижу себя гордым, любодейным, неверующим, нелюбящим Бога и ненавидящим ближнего. Какое состояние может быть греховнее? Состояние духов тьмы лучше моего положения: они хотя не любят Бога, ненавидят человека, живут и питаются гордостью, но по крайней мере веруют, трепещут от веры. А я? Может ли быть участь бедственнее той, которая предстоит мне? И за что строже и наказательнее будет определение суда, как не за таковую невнимательность и безрассудную жизнь, которую я сознаю в себе!"...

Прочитавши сие данное мне духовником исповедание, я ужаснулся, да и подумал сам в себе: "Боже мой, какие страшные кроются во мне грехи, и до сих пор я их не замечал!" Итак, желание очистить нх заставило меня просить наставления у сего великого отца духовного, каким бы образом, познавши причины всех зол, найти способ к исправлению. Вот он и начал мне толковать.

 “Видишь ли, любезный брат, причина нелюбви к Богу есть неверие, причина неверия - неубеждение, а причина неубеждения есть неискание светлых истинных познаний, нерадение о просвещении духовном. Словом сказать: не веря, нельзя любить; не убедясь, нельзя верить. А чтобы убедиться, необходимо снискать полные и обстоятельные познания предположенного предмета; необходимо следует, посредством размышлений, изучения слова Божия и опытных наблюдений, возбудить в душе жажду и вожделение или, как иные выражаются, "удивление", которое производит неутолимое желание ближе и совершеннее познавать вещи, глубже проникать в свойства предмета.

“Один духовный писатель рассуждает о сем так: "любовь", говорит он, "обыкновенно развивается познанием, и чем больше будет глубокости и пространства в познании, тем более будет любви и тем удобнее размягчается душа и располагается к любви Божественной, прилежно рассматривая самое пресовершеннейшее и преизящнейшее существо Божие и беспредельную Его любовь к человекам".
“Вот теперь видишь, что причина прочитанных тобою грехов есть леность к мышлению о духовных предметах, погашающая чувство самой потребности оного. Если ты желаешь узнать и средства к побеждению сего зла, то всемерно старайся о просвещении духовном, достигай его прилежным занятием словом Божиим, учением св. отцов - размышлениями и духовным советом или собеседованием с мудрыми о Христе. Ах, любезный брат, сколько бедствий встречаем мы от того, что ленимся просвещать душу нашу словом истины, не поучаемся в законе Господнем день и нощь и не молимся о том прилежно и неотступно! А от сего и внутренний человек наш и гладен, и хладен, и истощен, не имея силы к бодрственному шествию путем правды к спасению. Итак, чтобы воспользоваться сими средствами, решимся, возлюбленный сколько можно чаще наполнять ум свой размышлениями о предметах небесных, и любовь, излиянная свыше на сердца наша, разовьется и воспламенится в нас. Будем вместе с сим и, сколько можно, чаще молиться, ибо молитва есть главнейший способ и сильнейшее средство к нашему обновлению и преуспеянию. Будем молиться взывая так, как учит св. церковь: "Господи, сподоби мя ныне возлюбити Тя, якоже иногда возлюбих той самый грех!"
Со вниманием выслушав все это, я умиленно просил сего святого отца исповедывать меня….

Анафора. Освящение Святых Даров

….пошли Твой Святой Дух на нас и на дары, которые лежат здесь перед нами,
и сотвори этот хлеб Пречистым Телом Твоего Христа,
а то, что в этой Чаше - Пречистой Кровью Твоего Христа,
чтобы Они очистили души тех, которые причащаются и простили им грехи,
соединили их в общении Твоего Святого Духа,
и принесли полноту Царства,
чтобы Они исполнили нас уверенностью перед Тобой
и не принесли бы осуждение или наказание….

(литургия Иоанна Златоуста)

Молитва перед "Отче наш"

…Дай нам причаститься… достойно, чтобы мы стали храмами Твоего Святого Духа со Христом, живущим в наших сердцах…


(литургия Василия Великого)

Благодарственная молитва после Причащения

Благодарим Тебя, Господи Боже наш,
за причащение Святых, Пречистых, Безсмертных и Небесных Твоих Таин,
Которые Ты дал нам для пользы, освящения и исцеления наших душ и тел.
Caм Владыка всех, дай чтобы эти Дары нам даровали
веру непоколебимую,
любовь нелицемерную,
премудрость совершенную,
исцеление душ и тел,
защиту от всякого врага,
волю исполнять заповеди Твои,
и правильный ответ на Страшном Суде Христа Твоего.
Ибо Ты Один можешь освятить нас и поэтому мы восхваляем Тебя, Отец, Сын и Святой Дух ,
сейчас и всегда и во веки веков. Аминь.


(литургия Василия Великого)

Святой Иустин Мученик (2 век) о Евхаристии

1ая Апология

 

Крещение и Евхаристия
65. После того, как омоется таким образом уверовавший и давший свое согласие, мы ведем его к так называемым братьям в общее собрание для того, чтобы со всем усердием совершить общие молитвы как о себе, так и о посвященном и о всех других повсюду находящихся, дабы удостоиться нам, познавши истину, явиться и по делам добрыми гражданами и исполнителями заповедей, для получения вечного спасения. По окончании молитв мы приветствуем друг друга лобзанием. Потом к предстоятелю братии приносятся хлеб и чаша воды и вина: он, взявши это, воссылает именем Сына и Духа Святого хвалу и славу Отцу всего и подробно совершает благодарение за то, что Он удостоил нас этого. После того, как он совершит молитвы и благодарение, весь присутствующий народ отвечает: аминь. Аминь - еврейское слово - значит: да будет. После благодарения предстоятеля и возглашения всего народа, так называемые у нас диаконы дают каждому из присутствующих приобщаться хлеба, над которым совершено благодарение, и вина и воды, и относят к тем, которые отсутствуют.

66. Пища эта у нас называется евхаристиею (благодарением), и никому другому не позволяется участвовать в ней, как только тому, кто верует в истину учения нашего и омылся омовением в оставление грехов и в возрождение, и живет так, как предал Христос. Ибо мы принимаем это, не так как обыкновенный хлеб или обыкновенное питье: но как Христос, Спаситель наш, Словом Божьим воплотился и имел плоть и кровь для спасения нашего, таким же образом пища эта, над которой совершено благодарение через молитву слова Его, и от которой через уподобление получаете питание наша кровь и плоть, есть - как мы научены - плоть и кровь того воплотившегося Иисуса. Ибо апостолы в написанных ими сказаниях, которые называются Евангелиями, предали, что им было так заповедано: Иисус взял хлеб и благодарил и сказал: это делайте в Мое воспоминание, это есть тело Мое; подобным образом Он взял чашу и благодарил и сказал: это есть кровь Моя, и подал им одним........

67. С того времени мы между собою всегда делаем воспоминание об этом. И достаточные из нас помогают всем бедным, и мы всегда живем за одно друг с другом. За все получаемые нами благодеяния мы прославляем Создателя всего, через Сына Его Иисуса Христа и через Духа Святого.

Воскресная Евхарист
В так называемый день солнца бывает у нас собрание в одно место всех живущих по городам или селам; и читаются, сколько позволяет время, сказания апостолов или писания пророков. Потом, когда чтец перестанет, предстоятель посредством слова делает наставление и увещание подражать там прекрасным вещам. Затем все вообще встаем и воссылаем молитвы. Когда же окончим молитву, тогда, как я выше сказал, приносится хлеб, и вино, и вода; и предстоятель также воссылает молитвы и благодарения, сколько он может. Народ выражает свое согласие словом - аминь, и бывает раздаяние каждому и приобщение даров, над коими совершено благодарение, а к небывшим они посылаются через диаконов. Достаточные же и желающие, каждый по своему произволению, дают. что хотят, и собранное хранится у предстоятеля: а он имеет попечение о сиротах и вдовах, о всех нуждающихся по болезни или по другой причине, о находящихся в узах, о странниках издалека, вообще печется о всех находящихся в нужде. В день же солнца мы все вообще делаем собрание потому, что это есть первый день, в который Бог, изменивши мрак и вещество, сотворил мир, и Иисус Христос, Спаситель наш, в тот же день воскрес из мертвых. Распяли Его накануне Сатурнова дня, а в день после Сатурнова дня, т. е. в день солнца, Он явился апостолам Своим и ученикам и преподал им то, что представили мы и на ваше усмотрите.

http://www.krotov.info/acts/02/02/iustin.html

*********************
Краткое житие:

http://days.ru/Life/life1208.htm


Святой мученик Иустин Философ родился в Сихеме - древнем городе Самарии. Родители Иустина, греки, были язычниками. Святой с детства отличался глубоким умом, любовью к наукам и горячим стремлением к познанию Истины. Он в совершенстве изучил различные направления греческой философии: стоиков, перипатетиков, пифагорейцев, платоников - и убедился, что ни одно из этих языческих учений не открывает пути к познанию Истинного Бога.


Однажды, прогуливаясь в уединенном месте за городом и размышляя о том, где искать путь к познанию Истины, он встретил старца, который в продолжительной беседе раскрыл Иустину сущность христианского учения и посоветовал искать разрешения всех вопросов жизни в книгах Священного Писания. "Но прежде всего - сказал старец, - молись прилежно Богу, чтобы Он открыл тебе двери Света. Истину никто не может постигнуть, если не даст ему разумения Сам Бог, Который открывает ее каждому, кто ищет Его с молитвою и любовью".


На 30-м году жизни Иустин принял святое Крещение: http://days.ru/Life/slovar2272.htm (между 133 и 137 годами). С того времени свои дарования и обширные философские познания святой Иустин посвятил проповеди Евангелия среди язычников. Он начал странствовать по Римской империи, всюду сея семена спасительной веры. "Кто может возвещать Истину и не возвещает, тот будет осужден Богом", - писал он.

Иустин открыл училище, где проповедовал христианскую философию. Святой Иустин последовательно отстаивал истинность и спасительность христианского учения, убедительно опровергая и языческие мудрования (как, например, в споре с философом-киником Крискентом), и еретические извращения христианства (в частности, он выступал против учения Маркиона-гностика).

Иустин Филосов
Около 155 года, когда император Антонин Пий (138 - 161) открыл гонение на христиан, святой Иустин лично подал ему "Апологию" в защиту неповинно осужденных на казнь христиан - Птоломея и Лукия, имя третьего осталось неизвестным. В "Апологии" он доказывал ложность возводимых на христиан обвинений "от имени несправедливо ненавидимых и гонимых христиан". "Апология" оказала столь благотворное воздействие на императора, что он прекратил гонение. С решением императора святой Иустин отправился в Азию, где особенно сильно преследовали христиан, и сам распространял радостную весть об императорском указе по окрестным городам и странам.

В Ефесе состоялся диспут святого Иустина с раввином Трифоном. Православный философ на основе ветхозаветных пророческих писаний доказывал истину христианского вероучения. Этот спор изложен святым Иустином в сочинении "Разговор с Трифоном-иудеянином".

Вторая "Апология" святого Иустина была обращена к римскому сенату. Написана она была в 161 году, вскоре после вступления на престол Марка Аврелия (161 - 180).

Возвращаясь в Италию, святой Иустин, подобно Апостолам, всюду проповедовал Евангелие и своим Богодухновенным словом многих обращал к христианской вере. Когда святой пришел в Рим, завидовавший ему Крискент, которого Иустин всегда побеждал в прениях, возвел на него много ложных обвинений перед римским судом. Святой Иустин был взят под стражу, подвергнут истязаниям и принял мученическую смерть (+ 166). Кроме упомянутых творений, святому мученику Иустину Философу принадлежит еще ряд сочинений: "Замечания о душе", "Обличения против эллинов", "Речь против эллинов".

Святой Преподобный Иоанн Дамаскин
http://days.ru/Images/ii972&588.htm
http://days.ru/Life/life3062.htm
http://days.ru/Trop/IT972.htm
http://days.ru/Hram/i972.htm

Иоанн Дамаскин сохранил значительную часть не дошедшего до нас сочинения святого Иустина "О воскресении". Церковный историк Евсевий свидетельствует, что святым Иустином были написаны книги "Певец", "Обличение всех бывших ересей" и "Против Маркиона".

Мощи святого Иустина Философа покоятся в Риме.

************
Творения:
http://abovo.net.ru/author/8175

Древняя молитва

Господи, Боже мой!
Удостой меня быть орудием мира Твоего.
Чтобы я вносил любовь туда, где ненависть.
Чтобы я прощал - где обижают.
Чтобы я соединял - где есть ссора.
Чтобы я говорил правду - где господствует заблуждение.
Чтобы я воздвигал веру - где давит сомнение.
Чтобы я возбуждал надежду - где мучает отчаяние.
Чтобы я вносил свет во тьму.
Чтобы я возбуждал радость - где горе живет.
Господи, Боже мой, удостой, не чтобы меня утешали,
но чтобы я утешал.
Не чтобы меня понимали, но чтобы я других понимал.
Не чтобы меня любили, но чтобы я других любил.
Ибо кто даёт - тот получает.
Кто забывает себя - тот обретает.
Кто прощает, тому простится.
Кто умирает - тот просыпается в Вечной Жизни.
Аминь.

О Таинстве Причащения (Игумен Иларион (Алфеев)

Таинство Причащения существует в Церкви с тех пор, как на Тайной Вечери Господь Иисус Христос преломил хлеб и, раздав Своим ученикам, сказал: "Сие есть Тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспоминание". Потом Он взял в руки чашу с вином, подал им и сказал: "Сия чаша есть Новый Завет в Моей Крови, которая за вас проливается". После крестной смерти Учителя Его ученики стали собираться на Евхаристию для преломления хлеба и вкушения вина в воспоминание о страданиях, смерти и воскресении Господа Спасителя. Евхаристия стала той основой, на которой строилась христианская Церковь. Ведь в первые десятилетия после смерти и воскресения Христа у Церкви не было ничего, кроме памяти о Нем: еще не было Евангелия, не было сформировавшегося догматического и нравственного учения. То, что соединяло учеников, что, собственно, и делало их Церковью, была их совместная жизнь во Христе, их память о Спасителе, которая находила свое максимальное выражение в Евхаристии, когда они причащались Тела и Крови Христовых под видом хлеба и вина в воспоминание о Его смерти и воскресении. Позже появились Евангелия и послания святых апостолов, то есть Священное Писание Нового Завета. Еще позже стали формулироваться христианские догматы, появилась стройная система христианского богословия - все то, без чего Церковь не может существовать. Но первоначальным и основным формообразующим элементом Церкви была именно Евхаристия. Приходя на Евхаристию, мы вливаемся в то преемство евхаристического опыта, которое существует в Церкви со времен Христа и которое не прерывалось никогда. Даже в самые тяжелые и трудные годы гонений Евхаристия продолжала совершаться в христианских общинах. Во времена советского атеизма у Церкви были отняты практически все права. Была запрещена проповедь, священники не могли свободно говорить о Христе, было запрещено религиозное образование детей и участие детей в богослужении, практически не издавалась христианская литература, и Библия была недоступна большинству людей. И тем не менее Церковь Христова продолжала существовать, и сохранилась она прежде всего Евхаристией, потому что это таинство совершалось постоянно. Если его невозможно было совершать явно, его совершали тайно. Соловецкие узники, епископы и священники, совершали Литургию ночью, лежа на нарах, и престолом им служила грудь одного из епископов. И каждый раз, когда бы ни совершалась Евхаристия и в каких бы условиях она ни совершалась, это была та самая Евхаристия, та самая Тайная Вечеря, которую совершил Спаситель, в кругу Своих учеников. Важно помнить, что Литургия, совершаемая сегодня, - это не просто воспоминание, повторение событий, имевших место в прошлом, а прямое продолжение Тайной Вечери. Священник или епископ - предстоятель на евхаристическом богослужении - произносит те же слова, которые Христос произнес на Тайной Вечери: "Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое... Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многия изливаемая..." Священник действует здесь не своей силой, но силой Божией, он занимает место Самого Христа, единственного истинного Совершителя Литургии. В данном случае священник - лишь орудие в руках Божиих. Если в других ситуациях священнослужитель может привнести в свое служение что-то личное, например, в пастырском слове, в увещании, в беседах с людьми и т. д., то в момент совершения Литургии он выполняет лишь одну функцию - являет, представляет Христа, и Христос действует через него. Поэтому в Православной Церкви существует традиционное, установившееся веками, почтительное, уважительное отношение к священному сану. Не к священнику как человеку, который носит этот сан, но именно к священному сану, через который Христос непосредственно общается с людьми. Итак, когда священник произносит слова Христа на Тайной Вечери, мы должны понимать, что через него говорит Сам Христос. Целуя руку священника, мы на самом деле целуем руку Христа, потому что в данном случае священник являет присутствие Христово. И вся Евхаристия, вся Божественная Литургия от начала и до конца является этим откровением присутствия Божия, которое никогда не прерывалось. В одной из сирийских Церквей - так называемой Ассирийской Церкви Востока - существует обычай, который в этой Церкви считается таинством. Когда готовится тесто для евхаристического хлеба, в него добавляют частичку хлеба от предыдущей Евхаристии. Этот обычай связан с преданием Ассирийской Церкви, согласно которому святой апостол Иоанн Богослов на Тайной Вечери получил от Христа, в отличие от остальных апостолов, две частицы Тела Христова. Одной он причастился, а другую сохранил для совершения Евхаристий. Это предание выражает идею преемства Евхаристии. Смысл его в том, что евхаристический хлеб, которым мы причащаемся сегодня, - это тот самый хлеб, который был освящен Самим Христом. Таким образом, современная Литургия не является просто повторением того, что некогда совершил Христос. Тайная Вечеря актуализируется каждый раз, когда совершается Литургия. Но что происходит с нами, когда мы причащаемся Святых Христовых Таин? Происходит, конечно же, некое онтологическое изменение всего нашего человеческого естества, и это изменение глубоко укоренено в самой тайне Боговоплощения. Ведь христианство - не просто религия, приводящая людей к Богу. И это не только путь, который ведет человека на те духовные вершины, где он встречается с Богом. Это еще и путь, по которому прошел Сам Бог навстречу человеку - это путь Божественного истощания. И независимо от того, насколько высоко мы взойдем по "лествице", ведущей к Богу, насколько мы преуспеем в добродетелях, самое существенное в деле нашего спасения уже совершено Самим Богом: Бог стал человеком, стал таким же, как мы, стал одним из нас, чтобы прожить нашу человеческую жизнь с ее радостями и скорбями, приобретениями и потерями, победами и поражениями. И эта тайна Боговоплощения, которая превосходит человеческое понимание, которую невозможно рационально объяснить или осознать, раскрывается нам через Евхаристию. Причащаясь, мы принимаем в себя Тело и Кровь Бога, ставшего Человеком. Иными словами, происходит наше сущностное, онтологическое соединение с Божеством. Мы не просто общаемся с Богом, но Бог входит внутрь нашего естества, причем, это вхождение Бога в нас происходит не каким-то символическим или духовным способом, но абсолютно реально - Тело Христово становится нашим телом и Кровь Христова начинает течь в наших жилах. Это то, что ни одна другая религия не может дать человеку. Именно в том и состоит уникальность христианства, что Христос становится для человека не только учителем, не только нравственным идеалом, Он становится для него пищей, и человек вкушает Бога, соединяясь с Ним духовно и телесно. Как мы должны готовиться к принятию в себя Христа? Как должны жить, чтобы быть достойными Причастия Тела и Крови Христовых? Здесь прежде всего нужно сказать: нет человека, который был бы достоин Святых Христовых Таин. Нет человека, который мог бы по своим качествам, по своему образу жизни соответствовать тому, что мы принимаем в Причастии, той святости и божественности, которыми пронизаны хлеб и вино Евхаристии. "Никтоже достоин от связавшихся плотскими похотьми и сластьми приходити или приближитися Тебе" - так говорится в одной из молитв, которую священник читает на Литургии Василия Великого и на Литургии Иоанна Златоуста. Поэтому мы должны сознавать, что мы заведомо недостойны и никогда не будем достойны Причастия. Мы не должны думать, что станем достойны, если будем причащаться реже, или что станем достойны, если как-то особым образом подготовимся к Причащению. Мы всегда останемся недостойными, и наше человеческое естество на духовном, душевном и телесном уровнях всегда будет неадекватным по отношению к таинству Причащения. И тем не менее мы должны подходить к Причастию и, сознавая свое недостоинство, внутренне готовиться к принятию в себя Христа. Когда мы стоим перед Святой Чашей, каждый из нас исповедует перед Богом, что является первым из грешников - "от нихже первый есмь аз". И это не церковная риторика, это чувство, которое должно возникать у нас всякий раз, когда мы приступаем к принятию Святых Таин. Причем, это чувство невозможно искусственно в себе создать - нельзя заставлять себя думать, что ты хуже других людей, нельзя вызывать в себе чувство гнушения собой. Не этого требует от нас Церковь. Подходя к Святой Чаше, мы должны не сравнивать себя с другими людьми, а поставить себя перед судом правды Божией и любви Божией. И если мы проникнемся благоговейным чувством присутствия Божия и предстояния перед лицом Божиим, тогда каждый из нас поистине почувствует себя первым из грешников. Итак, всякий раз, готовясь к Евхаристии, мы должны начинать внутренний путь к Причащению с осознания своей греховности, своего заведомого недостоинства и своего бессилия что-либо радикальным образом в себе изменить. Это первое. Второй момент, связанный с подготовкой к Причастию, - это осознание того, что готовиться к Причастию нужно всей жизнью и в течение всей жизни. Многие думают, что подготовка к Причастию заключается лишь в том, чтобы соблюсти сколько-то дней поста, прочитать какое-то количество молитв, не есть и не пить с утра. Да, это нужно делать, но это лишь вспомогательные средства. Подготовка же к Причастию заключается в том, чтобы жить по-христиански. Если мы причащаемся, но в нас ничего не происходит и мы остаемся такими же, какими были раньше, если мы причащаемся, но реальных перемен в нашей жизни нет, то Причастие остается для нас тщетным. Никто из нас не может быть достойным Святого Причащения, но Причастие может становиться для нас каждый раз путем к духовному обновлению и к преображению всей жизни. С другой стороны, Причастие можно принять "в суд и во осуждение". Поэтому мы и молимся перед Святой Чашей: "Да не в суд или во осуждение будет мне Причащение Святых Твоих Таин, Господи". Когда Причастие бывает "в суд и во осуждение"? Когда жизнь человека не соответствует тому, к чему призывает это таинство, когда человек, причащаясь, остается равнодушным, когда Причащение происходит по привычке, автоматически. Если мы внушили себе, что причащаться нужно сколько-то раз в год или в месяц, но при этом не подходим со всей серьезностью к принятию Святых Христовых Таин, такое Причастие может быть для нас "в суд и во осуждение". В Великий Четверг, когда в Церкви совершается ежегодное воспоминание Тайной Вечери, мы слышим о человеке, который недостойно причастился. Это Иуда, вместе с остальными учениками присутствовавший на Тайной Вечери. Он был свидетелем жизни Христа, слушателем Его проповеди, свидетелем совершенных Им чудес. Более того, он проповедовал Христа вместе с другими апостолами, которых Христос при Своей жизни посылал на проповедь. И тем не менее он причастился "в суд и во осуждение". И произошло это потому, что он принял хлеб из рук Господа в состоянии раздвоенности, когда, помимо Бога, для него появилась другая ценность, - деньги, - которую он в конце концов и предпочел Божественной Правде, той самой Правде, с которой он встретился в лице Иисуса Христа. Приступать к Причастию нужно без всякой раздвоенности, всецело предавая себя в руки Господа. Каждый из нас, подходя к Святой Чаше, должен говорить: "Да, Господи, я действительно первый из грешников. Я недостоин и никогда не буду достоин Причащения, но я жажду принять в себя Тело Твое и Кровь Твою, потому что хочу изменить свою жизнь. И хотя, может быть, у меня это до сих пор не получилось и, может быть, и дальше не получится, я хотел бы положить начало". Каждое Причащение должно для нас быть если не началом новой жизни, то, по крайней мере, попыткой начать новую жизнь. Причащаясь Святых Христовых Таин, мы должны просить Бога о том, чтобы Он радикально изменял нашу жизнь, потому что присутствие Божие должно освящать нашу жизнь от начала и до конца. При рукоположении в священный сан священник получает от епископа частицу Тела Христова со словами: "Приими Залог сей и сохрани его цел и невредим, о немже истязан будеши на Страшнем суде Христовом". Тело Христово дается ему как залог того, что он будет работать над собой и стремиться к тому, чтобы Христос, с Которым он соединился духовно и телесно, жил в нем и действовал через него, чтобы он был тем органом, через который действует Бог. И мы, принимающие в Причастии Тело и Кровь Христовы, будем "истязаны" на Страшном суде, где окажемся вместе с людьми других религий и неверующими. И именно с нас, христиан, тех, которые принимали Святые Христовы Тайны, будет спрошено - каков был плод этого Причащения, что оно внесло в нашу жизнь, как изменило ее. Это, конечно, огромная ответственность, и мы, приступая к Святым Христовым Тайнам, должны ее чувствовать. Еще один важный момент. Причастившись святых Христовых Таин, надо сразу же начинать подготовку к следующему Причастию. Приняв Христовы Тайны, мы несем в себе Христа. Мы становимся подобны человеку, который несет чашу, наполненную до краев вином или водой: если он будет неосторожен, то может расплескать часть жидкости, а если споткнется и упадет, то потеряет все, что было в чаше. Причастившись Христовых Таин, мы должны сознавать, Что и Кого мы в себе несем. И с момента Причастия без паузы, без перерыва должна начаться наша подготовка к следующему Причастию. И не надо думать, что, если мы причастились сегодня, то к следующей Евхаристии можно готовиться за день или за три дня до нее, а в остальное время можно жить так, как будто Христос не присутствует в нас. Мы никогда не должны забывать о Христе, с Которым соединились духовно и телесно. Дни перед Причастием - это, конечно, время, когда требуется особая сосредоточенность, особое воздержание. Но существуют разные правила относительно поста перед Причастием. Некоторые священнослужители требуют, чтобы перед каждым Причастием люди постились три дня, другие считают, что достаточно поститься один день; третьи благословляют причащаться в воскресенье тем, кто постился в среду и пятницу. Отсутствие единомыслия в этом вопросе указывает на то, что правила о посте перед Причастием - достаточно позднего происхождения. И появились они, когда люди стали причащаться редко. Вспомним, как совершалась Евхаристия в апостольские времена. Из посланий апостола Павла мы знаем, что Евхаристия была завершением трапезы. Эта трапеза продолжалась в течение всей ночи и под утро заканчивалась преломлением хлеба в воспоминание Спасителя. Естественно, что никакого евхаристического поста тогда не было. Евхаристия вырастала из совместного вкушения пищи и завершала собой ту агапу - трапезу любви, которая продолжалась целую ночь. Причем, при внимательном прочтении посланий апостола Павла становится ясно, что это была трапеза отнюдь не символического характера и отнюдь не постная. Апостол Павел в одном из посланий говорит, что за этой трапезой не следует упиваться (1 Кор. 11:21). Но евхаристическая трапеза не была просто вкушением пищи или питьем вина, она не была развлечением. Эта трапеза совершалась в незримом присутствии Христа, Который говорил: "Могут ли поститься сыны чертога брачного, когда с ними жених?" (Мк. 2:19). Евхаристия - это момент, когда Жених с "сынами чертога брачного", когда Христос Сам присутствует - через предстоятеля, совершающего Евхаристию, - на Тайной Вечери. Все начиналось с вкушения пищи, но постепенно выходило на более высокий уровень - от пищи земной переходили к пище небесной. Не случайно вкушение пищи сопровождалось чтением Священного Писания, молитв, псалмов. Затем, когда уже собственно трапеза заканчивалась, тот, кто возглавлял ее - апостол, епископ или пресвитер - произносил благодарственную молитву. Это благодарение и сегодня - центральный момент Литургии, - то, что сейчас называется евхаристическим каноном. Кстати, само греческое слово "евхаристия" означает "благодарение". Это было благодарение не только за совершившуюся трапезу, но благодарение за всю жизнь человечества, за все бытие мира. Если сегодня вы вслушаетесь в молитвы Евхаристии, в евхаристический канон, в особенности на Литургии святителя Василия Великого, вы увидите, что в этих молитвах перед нами проходит вся история мира. Мы благодарим Бога за то, что Он создал этот мир и человека, за то, что каждого из нас Он привел в жизнь, за то, что ради каждого из нас Он стал человеком, пострадал и умер на кресте. Мы благодарим Бога за то, что Он сошел во ад, чтобы и там было проповедано Евангелие, чтобы вывести оттуда тех, кто там находился. Мы благодарим Бога за то, что Он воскрес, чтобы вместе с Собой воскресить и всех нас, и за то, что Он совершил эту Тайную Вечерю, в которой под видом хлеба и вина преподал нам Свое Тело и Свою Кровь для Причащения. Евхаристия в Древней Церкви была не просто трапезой - это была торжественная, праздничная трапеза. И сейчас Евхаристия сохраняет характер праздничного богослужения. Не случайно, когда мы в великопостные дни проходим покаянный путь, то Евхаристия отменяется, чтобы мы могли по-иному пережить свое сопричастие Христу - без праздничного и благодарственного настроения Евхаристии. Великий пост задуман именно как подготовка, как время, когда мы в некоторые дни воздерживаемся от Причастия, чтобы осознать его значимость, чтобы прийти к Причастию с чем-то новым, что-то в себе накопив. В этом же, как мне кажется, заключается смысл тех правил относительно поста перед Евхаристией, которые существуют в нашей Церкви сегодня. Все это я сейчас говорю вам не для того, чтобы вы перестали перед Причастием поститься и молиться и начали причащаться на сытый желудок, как это делали апостолы. Сегодня такой практики нет. Но я хотел бы, чтобы вы осознали, в чем смысл того, что происходит на Евхаристии, и в чем изначальный смысл подготовки к Причастию. В истории Русской Православной Церкви были периоды, когда люди причащались очень редко. Так, например, в ХIХ веке в России большинство православных причащалось раз в год, а именно в субботу первой недели Великого поста. Естественно, что дни подготовки к Причастию, были днями строгого поста, временем, когда человек должен был как бы собирать себя, разобранного на части за весь прошедший год, пока он не принимал Святые Христовы Тайны. Конечно, это была практика неверная, не соответствовавшая изначальному смыслу Евхаристии. Как часто следует причащаться? Канонические правила Церкви предписывают не уклоняться от Причастия без уважительной причины. В Древней Церкви на Литургии причащались все присутствовавшие: люди приходили на Литургию именно для Причастия, а не для того, чтобы помолиться и уйти. В византийскую эпоху в тех местах, где Евхаристия совершалась ежедневно, например, в некоторых монастырях, люди могли причащаться даже ежедневно, а там, где Евхаристия совершалась по воскресным дням, как это было в большинстве приходов, причащались раз в неделю. В IV веке святитель Василий Великий, отвечая на вопрос, как часто нужно причащаться, писал: "Хорошо и полезно было бы причащаться каждый день, но мы причащаемся четыре раза в неделю: по средам, пятницам, субботам и воскресеньям". Минимальный временной промежуток между двумя Причастиями - литургический день: нельзя причащаться чаще одного раза в сутки. Когда мы причащаемся в Великую Субботу, а потом в Пасхальную ночь, то реально промежуток бывает меньше 24 часов, однако это уже новый литургический день. Но, как правило, люди не причащаются чаще, чем раз в неделю, за исключением особых дней - таких как Великий Четверг, Великая Суббота, Пасха. Некоторые не чувствуют в себе достаточно сил, достаточно духовной крепости или желания причащаться каждое воскресенье; они причащаются раз в месяц. Но месяц, который они проживают от Причастия до Причастия, должен быть для них временем постоянного внутреннего приготовления к принятию Святых Христовых Таин. Однозначно ответить на вопрос, как часто нужно причащаться, нельзя. Я бы сказал так: в идеале причащаться нужно за каждой Литургией. В то же время мы должны трезво оценивать свои возможности. Все мы живем на разных уровнях интенсивности духовной жизни, и не каждый может отдавать Богу всего себя ежедневно. Часто мы не можем организовать свою жизнь так, чтобы приходить к Причастию даже раз в неделю. Поэтому общего единого для всех ритма здесь быть не может. Каждый человек должен почувствовать свой внутренний ритм. В то же время важно, чтобы Причастие не превращалось в редкое событие, которое происходит либо по особым случаям, например, в день ангела, либо по большим праздникам, скажем, только на Пасху и на Рождество. Но будем ли мы подходить к Святой Чаше несколько раз или один раз в неделю, раз в две недели или раз в месяц, Причащение должно быть тем стержнем, вокруг которого выстраивается вся наша жизнь. Иначе говоря, мы призваны к тому, чтобы вся наша жизнь стала Евхаристией. Молясь, мы просим Господа, чтобы Он дал нам силы всей нашей жизнью, каждым делом и словом благословлять Бога "на всякое время", чтобы душа наша хвалила Господа, чтобы мы воплощали в жизнь Его заповеди. Перед Причастием очень важно прочитать молитвы ко Святому Причащению. Эти молитвы дают человеку возможность настроиться на соответствующий лад, дают ему понять, в чем, собственно, за-ключается смысл Причастия. Эти молитвы очень глубоки и содержательны. И чтение их никогда не должно превращаться в формальность, рутину. Бывают обстоятельства, когда у нас не хватает времени для подготовительной молитвы, и самое большее, что мы можем сделать, - это собраться с силами и прийти на Литургию. В подобных случаях не следует думать, что, не вычитав молитвы, мы автоматически лишаемся права на Причастие. Мы можем прочитать одну молитву ко Святому Причащению, но если мы прочитали ее с вниманием, с полным проникновением в каждое ее слово - это уже немало. Кроме того, нельзя забывать, что сама Литургия - это молитвенная подготовка к Причастию. Приходя на Литургию, мы погружаемся в ту стихию, которая, подобно морским волнам, приносящим лодку в гавань, через полтора-два часа приносит нас к Святой Чаше. И если мы внимательно вслушиваемся в слова, которые поются и читаются во время службы, то наше переживание Божественной Литургии становится подготовкой к Причастию. Литургия начинается возгласом "Благословенно Царство Отца и Сына и Святаго Духа": эти слова сразу погружают нас в тайну Святой Троицы. Затем мы слышим антифоны, когда мы призываемся благословлять Бога: "Благослови, душе моя, Господа. Благословен еси, Господи. Благослови, душе моя, Господа, и вся внутренняя моя Имя святое Его". То есть наше сердце, наши помыслы, все, что внутри нас, должно быть переориентировано на восхваление Бога. Далее мы слышим Заповеди Блаженства - правила, по которым должна строиться наша нравственная и духовная жизнь. Мы слышим чтение Апостола и Евангелия, которые тоже обращены к нам и должны заставить нас задуматься о смысле христианской жизни. После Херувимской песни, когда на великом входе Святые Дары вносятся в алтарь, начинается собственно евхаристическая часть богослужения, то есть непосредственно относящаяся к преложению хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы. И все это - подготовка к Причащению, которое увенчивает Литургию, ради которого, собственно, и совершалась Литургия. Может быть, не все знают, что исторически малый и великий входы были не просто церковными церемониями. Малый вход был тем моментом, когда верующие из притвора входили в храм, так как вся первоначальная часть Литургии совершалась в притворе. Чтение Апостола и Евангелия, проповедь, молитвы об оглашенных - все это совершалось в центральной части храма. Затем из храма удалялись оглашенные, то есть все те, кто еще не принял Крещение и поэтому не мог причащаться: поскольку они не причащались, то не должны были присутствовать на самой Евхаристии. Великий вход был моментом, когда священнослужители входили в алтарь и вносили туда хлеб и вино, заранее принесенные верующими в храм в качестве приношения - "проскомидии". Далее следовала та евхаристическая молитва, которую большинство наших прихожан, к сожалению, не слышит и не знает, потому что, по существующей ныне практике, она, как и некоторые другие молитвы, читается священником "тайно", про себя, но изначально эта молитва читалась вслух. В практике некоторых поместных Православных Церквей, да и в некоторых храмах Русской Православной Церкви, эти молитвы читаются вслух, и тогда верующие имеют возможность слышать то, ради чего, собственно, и совершается Евхаристия, - то самое благодарение, которое по преемству передано нам святыми апостолами. Божественная Литургия в том виде, в каком она дошла до нас, является неким образом, иконой всей человеческой жизни. Если мы воспринимаем Литургию как руководство к действию, и те слова, которые на Литургии читаются, поются и произносятся, - как образец, по которому мы должны строить жизнь, то со временем мы придем к тому, что вся наша жизнь станет Литургией, то есть все, что бы мы ни делали, будет посвящено Богу. И не только в момент Причастия, не только находясь в храме или стоя на молитве дома, но и в других обстоятельствах - на работе, в семье и даже на отдыхе, мы не будем отрываться от Бога, но будем жить в постоянном чувстве Его присутствия, посвящая Богу все, что мы делаем - и в плане профессиональном, и в плане человеческом, и в плане духовном. Я думаю, что именно ради этого мы причащаемся, и именно в этом должна заключаться та цель, которую мы перед собой ставим - чтобы вся наша жизнь преобразилась по образу Христа, - Бога, ставшего Человеком, - и чтобы она стала одной непрекращающейся Литургией, одним непрестанным памятованием о Боге и благодарением Бога. Вопросы и ответы - Насколько я поняла, в XIX веке причащались всего лишь раз в год - в первую субботу Великого поста? Но почему именно в первую субботу? - Потому что с понедельника по пятницу первой недели поста вся верующая Россия постилась и говела: следовательно, не надо было специально поститься перед Причастием. Но возникает вопрос: насколько эффективным является Причащение раз в год? Может ли оно изменить жизнь человека? Мне вспоминаются слова, сказанные по этому поводу отцом Александром Ельчаниновым: "Урок, получаемый раз в год, ничего не дает". Впрочем, лучше получать урок хотя бы раз в год, чем не получать его вообще. - Если человек не причащается, то имеет ли смысл оставаться на Литургию верных? - И да, и нет. В древнехристианской практике в каждом храме была группа людей, которые готовились к вступлению в Церковь и не могли причащаться, потому что они еще не стали полноценными членами Церкви, так как еще не приняли таинства Крещения. Это были так называемые оглашенные. Но для них существовала специальная программа, они ходили на занятия, и сама Литургия оглашенных была ориентирована на обучение, на катехизацию. Сейчас же Литургия оглашенных фактически стала частью евхаристического богослужения, и границу между Литургией оглашенных и Литургией верных можно провести лишь условно. Я думаю, что сегодня людям, которые либо еще не приняли Крещение, либо находятся в разряде кающихся, либо просто не допущены к Причастию, все-таки полезно присутствовать на Литургии верных, хотя это, может быть, и противоречит раннехристианской практике. К сожалению, в современной Православной Церкви отсутствует постоянная программа научения людей через оглашение, а поэтому оглашением становится даже просто пребывание в церкви, вслушивание в молитвы, в проповедь (в большинстве наших храмов проповедь произносится в конце Литургии, а не после Евангелия, то есть именно на Литургии верных, а не на Литургии оглашенных). - Если таинство Евхаристии - самое важное в жизни Церкви, то можно ли считать, что существует определенная дифференциация таинств, что остальные таинства лишь приготовляют человека к таинству Евхаристии? - Я думаю, что да. Например, таинство Крещения, которое вместе с таинством Миропомазания составляет один богослужебный чин, является таинством вхождения в Церковь, но это вхождение не будет полным, если человек не причащается Святых Христовых Таин. Следовательно в каком-то смысле таинство Крещения является путем к Евхаристии. То же можно сказать и об исповеди. В современной практике она напрямую связана с Евхаристией, в древней же практике такой связи не было. Но смысл исповеди в том, чтобы человек принес покаяние за свои грехи, очистился, а это очищение нужно, опять же, для участия в Евхаристии. Можно сказать, что Евхаристия есть вершина всей таинственной жизни христианина в Церкви. Не случайно Дионисий Ареопагит называл ее "таинством таинств". - Какая связь между Литургией и временем? Что такое "литургическое время"? - Когда мы погружаемся в стихию Литургии, мы выходим из стихии времени, становимся неподвластны времени. Литургическое время течет совершенно по-иному, чем время обычное. Каждая Литургия длится, конечно, какое-то время, полтора-два часа, но это время несоизмеримо с другими полутора-двумя часами, которые мы проводим в ином месте. Это можно сравнить с ощущениями космонавтов в космосе. Мы считаем их время по нашему календарю, а у них оно течет по-другому. Преемство Евхаристии, которое идет от самой Тайной Вечери, - это наше вхождение в прошлое Церкви. Участвуя в Евхаристии, мы вбираем в себя весь тысячелетний опыт бытия Церкви - не только христианской, но и ветхозаветной, то есть практически опыт всего человечества. Это первое. А второе - то, что наше участие в Евхаристии определяет нашу будущую посмертную судьбу. На Пасху мы поем в каноне, написанном преподобным Иоанном Дамаскиным: "Подавай нам истее Тебе причащатися в невечернем дни Царствия Твоего". "Истее" - значит полнее. И "невечерний день" указывает именно на отсутствие времени. В какой-то момент наша земная временная жизнь прекратится, и тогда мы перейдем в иное, вневременное бытие, где можем либо быть отлучены от Бога, если мы не причастны Ему, либо соединиться с Богом еще полнее, "истее", чем мы соединяемся с Ним в Причастии. На земле мы соединяемся с Богом в Евхаристии под видом хлеба и вина, а тогда не будет уже хлеба и вина, но будет Сам Христос. И от того, причащаемся мы или нет, от того, становится ли Причастие для нас реальным опытом соединения со Христом, в конечном итоге и зависит то, что ждет нас в будущей жизни, какой будет степень нашей близости ко Христу или отдаленности от Него. - Может ли Бог не допустить человека до Причастия, если человек совершает злые дела? - Бог всегда знает обо всем злом, что мы можем совершить, совершили, совершаем, или совершим в будущем. Но это не может быть для нас оправданием. Да, Бог нас не всегда останавливает. В каких-то случаях Бог полагает конец злой активности человека, но в большинстве случаев Он терпит греховные поступки людей. Даже зная, что человек причастится "в суд и во осуждение", Он все-таки не отлучает его от Причастия. Но иногда Бог дает человеку какой-то видимый знак, заставляющий его задуматься о своем духовном состоянии. Все вы помните случай с Марией Египетской, когда она хотела войти в храм, но какая-то сила отталкивала ее? Осознав, что это был Божий знак, она потом все-таки вошла в храм и причастилась. В тот момент она была еще явно не готова к Причастию, но оно стало для нее неким залогом, данным ей для того, чтобы она изменила свою жизнь. В этой поразительной истории, которую мы слышим во время Великого поста, интересно и другое. Мария Египетская, причастившись Святых Христовых Таин, ушла в пустыню и в течение многих лет не участвовала в Евхаристии, так как в пустыне не было ни храма, ни священника. Однако встретившись много лет спустя с Зосимой, она просила его ее причастить. Во время ее пребывания в пустыне у нее не было текстов Священного Писания, тем не менее она смогла их выучить наизусть. Оказавшись в совершенно особых условиях, она не могла причащаться таким образом, как причащаемся мы, но очевидно, это происходило как-то иначе. Известно, что многие отшельники, жившие в пустынях, годами не появлялись в храмах, жили без Евхаристии. Однако существует предание, что некоторых их них причащали ангелы. Как бы там ни было, это можно воспринять как указание на разнообразие путей, по которым люди идут к Богу, а также и на то, что некоторые святые уже в земной жизни причащались "истее", полнее, чем другие люди. - Можно ли до конца преодолеть в себе раздвоенность? - Не только можно, но и нужно. Это задача, которая стоит перед каждым христианином. Именно ради этого мы и живем в Церкви - чтобы преодолеть в себе "ветхого человека" и возродиться к новой жизни. Церковь дает возможность человеку преодолеть раздвоенность и выйти на тот уровень, на котором человек обретает цельность, утраченную им вследствие грехопадения.

Дневники, письма, воспоминания. Архимандрит Виктор (Мамонтов)

Отец Пустыни
Старец Таврион начал служить в Спасо-Преображенской пустыньке под Елгавой в Латвии 7 марта 1969 г.
Господь дал ему великую благодатную силу для служения людям. Господь как бы сказал: "Вот, Я испытал его верность Мне и не нашел в нем никакой неправды. Он верен мне до крови. Вы увидите сами. Возле него многие спасутся".
Верности вере о. Таврион учился у своих духовных наставников по Глинской пустыни, в братство которой он вступил пятнадцатилетним юношей, и от епископов и священников катакомбной Церкви.
Двадцать семь лет провел старец в тюрьмах и ссылке за веру, был сильно притесняем властями, служа на приходах Пермской, Уфимской, Ярославской епархий. Но он не осквернил себя угодничеством властям, ибо всегда исполнял веление Духа. Скромная Спасо-Преображенская пустынька стала одним из главных духовных центров русской православной Церкви. Если в Троице-Сергиевой Лавре и в других знаменитых обителях паломников привлекали святыни, то Пустынька, не имея таковых (мироточивые иконы появились в ней совсем недавно), привлекала тем, что она была живой Церковью, где царил дух любви и служения друг другу. Отец Таврион явился истинным воссоздателем общинной жизни, практиком евхаристического возрождения. Он развивал то живое начало церковной традиции, которое в страданиях и муках сохранила катакомбная Церковь. Он не надеялся на хорошие времена (таких у христиан не бывает), не прятался в страхе за свою жизнь, а смело и мужественно исповедовал Христа и приобщал к вере, вводил в Церковь всех жаждущих. Он любил говорить народу: “С Богом потерь нет”. Его жажда творить нового человека во Христе встретилась с жаждой веры и истины у тех, кто сопротивлялся духу лжи и распада.
Лицом к лицу он был поставлен с пустыней нашей жизни, рожденной безверием и отступничеством от истины. Если тоталитарные власти стремились уничтожить личность, превратить Церковь в институт культа, то о. Таврион видел свою миссию в борьбе за образ человека, за личность, за возрождение христианства. Видя неспособность собратьев ответить на живые запросы современной души, он взял их немощи на себя и трудился за них. Но вместо благодарности за свои труды, он получал от некоторых из них осуждение и ярлыки — “католик”, “обновленец”.
Нужно было всех приходящих из огромной пустыни жизни в его маленькую тихую Пустыньку преображения душ — возродить к истинной жизни.
Как это делал о. Таврион практически, знают многие, потому что в свое время они, приезжая к нему, с жаждой учились истинной христианской жизни в этом скромном духовном оазисе Латвии.
Отец Таврион понимал Церковь как живой организм, вселенскую духовную семью, которая дробится на множество семей, пребывающих в разных местах, но имеющих единый Дух. Его пустынная монашеская семья сестер и семья духовных чад, которая приехала с ним из Ярославской епархии, никогда не жила замкнуто, но умножалась, принимая до 150–200 паломников в день. Принимались они о. Таврионом и его помощниками с любовью и радостью. Большинство из них были крещенными, но не воцерковленными, ибо жизнь на уровне прихода не могла ввести их в Церковь. И вот здесь, в Пустыньке, совершалось таинственное введение их в Церковь, в общинную жизнь, в ту живоносную традицию церковной жизни, которая, несмотря на внутренние и внешние гонения, еще сохранилась в сердцах лучших членов нашей Церкви.
В Пустыньке много было не так, как там, дома, в пустыне жизни. Там придешь в храм, переполненный людьми, и тебя никто не спросит, откуда ты, какая у тебя нужда; здесь тебя встречают как родного, знаемого, с вниманием и любовью. Там как потребитель стоишь и слушаешь: за тебя читают, за тебя поют, за тебя причащаются; здесь все участвуют в богослужении, все — священники. Батюшка служит не вместо народа, приехавшего к нему, а вместе с народом, постоянно вовлекает всех в службу и словом и делом. Много раз он выходит, вернее вылетает, легкий, как пух, из алтаря и обращается с воодушевлением и сиянием к молящимся: “Поем всею Церковью. Постараемся все как один петь, — продолжает батюшка, — за тебя приносится Жертва. Тебе нужна помощь Божия. Не будь слушателем, а участником”*. Потом следует опять призыв батюшки: “Наступают минуты, когда мы будем петь “Тебе поем...”, старайтесь, братья и сестры, петь как один, как одно сердце, как одни уста, открытою верою, уверенною бодростью. Проявим Господу Богу нашему преданность”. И все поют не только “Верую” и “Отче наш”, а всю службу от начала до конца.
Удивляли приезжих молитвы, произносимые о. Таврионом во время богослужения, которых они в своих храмах ни разу не слышали из уст священников. “Благодарим Тебя и за это общее служение, которое Ты благоволил принять из рук наших...” В древней Церкви эти молитвы всегда читались вслух предстоятелем от лица народа, но постепенно в процессе начавшегося расцерковления они превратились в так называемые тайные молитвы, которые многие священники читают про себя в алтаре или просто опускают. Отец Таврион позволял в богослужении и импровизации: вставлял свои молитвы, имея на это вдохновение и силу. Видишь как мешает батюшке массивная алтарная перегородка летнего Спасо-Преображенского храма; открыты и не закрываются во все время богослужения царские врата и диаконские двери. Тут-то и понимаешь суетность всех наград с отверстыми вратами “до” и “после”; как все это мимо того, что действительно нужно для воплощения смысла и духа богослужения. Богослужение — это наше активное молитвенное общение с Богом и ближними. “Так давайте же, — как бы говорит батюшка, — не прятаться ни от Бога, ни друг от друга. Предстанем пред Богом все вместе, открытыми во всем”. Открытости в те времена боялись очень, здесь же рушились видимые и невидимые перегородки жизни и являлось чудо единения, которого желало сердце и которому оно верило.
Отец Таврион во время богослужения в постоянном общении с народом, почти всегда стоит к нему лицом. Евхаристические возгласы “Горе имеем сердца”, “Благодарим Господа” вопреки современной практике произносит, стоя лицом к народу. Евангелие читает лицом к молящимся вначале на церковно­славянском, а затем на русском языке, чтобы разрушить еще одну преграду. Батюшка читает Евангелие так живо и проникновенно, осмысленно, как будто написал его сам. Это потому, что он реально встретился со Христом и живет Им, и все, что он делает, имеет дух свидетельства.
По прочтении Евангелия начинается живое истолкование услышанного отрывка. Батюшка диалогизирует свое слово: задает себе много вопросов от лица народа и отвечает на них. Говорит он с закрытыми глазами, с улыбкой, словно слушая свой внутренний голос. В такой форме слова опять проявлялось его желание сохранять ритм живого общения с молящимися. Слово его не просто о Любви, оно — само свидетельство Любви. Он постоянно говорил о самом главном в жизни христианина — соединении со Христом в таинстве Евхаристии. “Новый Завет с Чаши начался. Агнец Божий закалается за нас. Видимо, мы так дороги Богу, что нужен этот Агнец Божий, Сын Божий. Видимо, мы великие грешники, что ничем нас нельзя простить, а только жертвой Сына Божия, Который за нас закалается. Нет других средств нас освятить, как Таинственной Чашей — Телом и Кровью Сына Божия. О чем это говорит? Говорит о том, как мы должны ревновать об этом, как мы должны дорожить такими благодатными возможностями и как мы должны строить новую нашу благодатную жизнь. Начнем жить по-новому. Как хорошо! А какая светлая радостная надежда у нас будет! Слава Богу!” Перед пением “Тебе поем”, перед евхаристическим каноном батюшка опять призывает всех к тишине размышления, к особой сосредоточенности, к глубокому осмыслению творимой всеми молитвы “о всех и за вся” и предстоящего причащения Тела и Крови Христа, т. е. соединения с Ним и со всеми ближними. “Вот наступают величайшие минуты Литургии — “о всех и за вся”. Нужно, чтобы эта молитва была за весь мир; чтобы этой молитвой Господь сохранил мир, его бытие, потому что вы сами знаете, в каком положении теперь находится человечество, вообще все.
Требуется такая сила, которая бы сохранила человечество от жуткого, отчаянного момента.
Кто же сохраняет мир в его равновесии? Чаша Христова.
Если вы действительно этому миру могущественной силы желаете, то только ваше усердное причащение сохраняет мир и его бытие. Господь не допустит уничтожения мира.
Что дает нам Чаша? Святость. Чаша дает нам здоровье, дает нам бессмертие. Чашей мы служим миру. Никто так не послужит миру, никакой изобретатель, никакие труженики, никакие средства так не послужат миру, как мы своим причащением. Почему?
Ты, человек, восстанавливаешься во всей полноте. И эту полноту не для самого удовольствия получаешь. Ты Господу приносишь молитвы: “Твоя от Твоих... о всех и за вся”. Поэтому с верой будем приходить к Чаше, имея в виду то, что мы вот в храме Божием имеем благодать, а сколько в этот самый час несчастных в тюрьмах, в трудных тяжких обстоятельствах, работах. А сколько в домах умалишенных, сколько трудностей у людей! Вы приходите с такими трудностями за себя и за своих близких, а сколько пишут еще.
И вот с этим сознанием нужды, сознанием облегчить все эти страдания, предохранить мир, чтобы он себя не взорвал, мы и стоим здесь в величайшей, глубочайшей уверенности в могущественную Силу Божию.
Вот как мы крепко стоим! Господь Сам приходит в наше сердце. Вот твоя награда, твое предназначение. Будем этой жизнью жить. И апостол Павел призывает нас к ней: “Прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии” (1 Кор 6: 20).
Мы должны этой молитвой жить. За тебя умер Христос. Этим живи, этим возрождайся”. Во исполнение этого призыва батюшка служит Евхаристию каждый день. Насущный Хлеб, Которого просим у Господа в “Отче наш”, даруется в таинстве Евхаристии молящимся в храме ежедневно. Ежедневное причащение в Пустыньке, введенное о. Таврионом, многих соблазняло — и пастырей, и пасомых, соблазняет и по сей день, как противоречащее сложившейся литургической практике. Сами они исходили в своем служении из сложившейся практики причащения — один раз в год на Пасху или по предписанию филаретовского катехизиса — четыре раза в год. Но, по словам Киприана Карфагенского, “обычай без истины есть только старое заблуждение”. Отец Таврион понимал природу, смысл и дух таинства Евхаристии, поэтому вернулся к древней практике участия всех хрис­тиан в Трапезе Господней за каждым собранием общины. Он так подготавливал молящихся своим таинствоводственным словом, что они не могли не участвовать в Таинстве Евхаристии, никому не хотелось выпадать из единения со всеми, лишаться той Радости, Силы и полноты, которые сообщаются каждому в совместной молитве и участии в Трапезе Господней. Все участники евхаристического собрания подходили к Чаше и, вкусив Тела и Крови Христовой, становились единым телом во Христе. К этому евхаристическому опыту впервые приобщались тысячи паломников, сознавая свой прежний грех индивидуализма, и можно представить их скорбь, когда они, возвращаясь в свои храмы с порывом продолжить такой опыт евхаристической жизни, не могли его осуществить. Помню, как будучи таким же вдохновленным в Пустыньке по возвращении в Москву в своем Никольском храме на Рогожском кладбище получил замечание священника по поводу моего частого причащения. Он искренне считал, что подобно огненному херувиму стоит на страже истинного благочестия и, может быть, хотел сказать, что часто причащаться — есть страшный грех.
Такое церковное сознание было разрушительным для Церкви, и нужны были большие усилия и старания, чтобы его начать изменять и утверждаться в духоносной традиции древней Церкви.
Когда заканчивалась Трапеза Господня, все участники ее покидали храм и шли в трапезную для паломников напротив кельи о. Тавриона под соснами, где в простой аскетической обстановке совершалась агапа — трапеза любви. Она была удивительна своим духом служения друг другу в любви. Здесь тоже, как и в храме, служили все, потребителей не было: миски с кашей, чашки с чаем передавались из рук в руки, все убирали и мыли посуду.
После агапы служение продолжалось. Братья и сестры включались в повседневные дела пустынниц. Одни брали ведра и шли за водой, другие оставались в трапезной помогать готовить ужин, третьи шли на сенокос, на огороды, в сосновый лес собирать грибы и ягоды, на скотный двор, кто-то помогал о. Тавриону в его постоянных трудах по благоустройству жилищ для паломников.
День проходил в трудах и молитве, в общении с собратьями, узнавании друг друга. Вечером по звону колоколов все опять собирались служить в храме, слушать духовные беседы батюшки.
Эта прослоенность богослужения краткими и не краткими живыми беседами, порой замечаниями, являлась воплощением призыва апостола Павла постоянно проповедовать “во время и не во время” (2 Тим 4: 2). Богослужения о. Тавриона становились таким образом и службой научения. Отец Таврион понимал, что Церковь вновь должна вступить на путь учительства, от Нее ждет живого слова изверившийся народ.
Как нужно ему изучить и познать заповеди Божии, ибо, по слову мудрецов, “невежда не умеет остерегаться греха; неуч не может быть благочестивым”. Батюшка преподносил это слово своим слушателям щедро и радостно, в простой, доступной, легкой форме.
Прожив так день в Пустыньке, все испытывали чувство внутренней полноты, мира душевного и покоя. Ничего суетного, лишнего, ни в делах, ни в словах, все всерьез. Поистине, хрис­тианство есть такая жизнь, в которой все всерьез.
В дне батюшка обязательно выкраивал время для выслушивания тех, кто особо нуждался в духовной поддержке и советах. Кому отдавались часы выслушивания, кому минуты. К сожалению, из-за многолюдства выслушать каждого на исповеди было невозможно, поэтому батюшка прибегал, как и о. Иоанн Кронштадтский, к общей исповеди. Он ее проводил так, чтобы здесь, вот сейчас пробудить душу человека, чтобы он прозрел, не просто увидел грехи свои и назвал, перечислил их, а понял свое духовное, нравственное состояние, понял, что нет у него того, что должно быть. “Ты сосуд. Ты должен быть наполнен. Чем? Любовью. Вспомни святость, простоту, чистоту детства. Надо это возвратить”.
Он ставил в пример блудницу, пришедшую ко Господу: “Грешница пришла ко Христу, учителю нравственности, и молчанием молилась. И что же Он делает? Порицает ее? Зачем? Она пришла к нему с любовью. Она слезами и целованием ног Иисуса говорит: “Моя природа — любить Тебя. Это все счастье. Смысл жизни. Вот с этой природой я прихожу к Тебе. А все остальное было насилием надо мною, тиранией диавола”. Если с таким чувством будем подходить к Чаше Господней, это и будет нашим благодатным возрождением. Это надо осознать. Любишь ли ты Бога? Проверь. Любим ли Бога? Любим, любим и будем любить Тебя, а то, что было с нами — это не наше, это была тирания над нами, надо мной. Она приходила с такой душой.
Надо искать любовь ко Господу, проверять себя, находить прекрасное в нашей душе, то, что мы любили с самого раннего нашего детства. Итак, иди на исповедь и к Чаше только с любовью”. Каждый чувствовал на исповеди, что батюшка видел его насквозь, видел его грехи, но он не спрашивает о них, видя, как сердце, которое уже любит Господа, плачет и просит прощения у Него.
Спасо-Преображенская пустынька находится в инославном крае, здесь живут католики, лютеране. Отец Таврион относился к ним как сын Вселенской Церкви, с полной открытостью и любовью, как к братьям во Христе. Узы любви связывали его со старейшим католическим епископом, великим исповедником, впоследствии кардиналом, Юлианом Вайводсом. Однажды епископ подарил батюшке икону апостолов Петра и Павла, на обороте которой сделал такую надпись: “Это память братской экуменической встречи папы Павла VI с вселенским православным патриархом Афинагором в Иерусалиме. 5. 01. 1964 года”. Незадолго до своей кончины о. Таврион тепло поздравил епископа Юлиана в день его шестидесятилетия в священном сане.
Любовью батюшка разрешил, казалось бы неразрешимый вопрос духовной жизни католика Антония В., отца православного священника — латыша. Он ходил на службы в костел, но ему не разрешали причащаться, потому что был не венчан: жена — православная, не хотела венчаться в костеле. Когда он познакомился с о. Таврионом через свою супругу, которая была духовной дочерью батюшки, то начал регулярно посещать Пустыньку. Отец Таврион принял его с любовью и допустил его на службы, на исповедь. Антоний сам пожелал причащаться в Пустыньке. Отец Таврион давал ему свободу выбора обряда веры, не уклоняясь в прозелитизм. Отец Таврион венчал Валентину и Антония в своей келье.
После смерти о. Тавриона новый духовник Пустыньки уже не допускал к Чаше Антония. Это его смутило, и он перестал ездить в Пустыньку. Ныне старец, Валентина и Антоний покоятся в Пустыньке. В Царстве Любви они вместе.
Отец Таврион как верный христианин много и славно потрудился, чтобы вывести нашу Церковь из того духовного тупика, в который она вошла. Он учил приходивших к нему из пустыни жизни и простых, и ученых людей жить церковно, т. е. в Духе и свободе, творчески. Не должно быть никаких “винтиков”, все люди должны быть личностями, ибо всем дан великий дар — образ Божий. Искажать его — значит отказываться от жизни с Богом, а без Бога — жизни нет.
В начавшемся духовном преображении России о. Таврион участвовал смело, с дерзновением, и многие удивлялись этой смелости, но сами не имели мужества поступать так.
В новых условиях жизни нашей Церкви труды о. Тавриона уже принесли и приносят свои плоды: в некоторых местах России ныне возродилась и возрождается общинная и евхаристическая жизнь, апостольский миссионерский дух.
В Москве несколько лет назад родилось Преображенское братство, светлый, творческий дух которого сродни духу Спасо-Преображенской пустыньки времени служения в ней о. Тавриона, великого исповедника православной Церкви, духоносного старца, истинного сына Вселенской Церкви, святого нашего уходящего века.

Старец Таврион начал служить в Спасо-Преображенской пустыньке под Елгавой в Латвии 7 марта 1969 г.
Господь дал ему великую благодатную силу для служения людям. Господь как бы сказал: “Вот, Я испытал его верность Мне и не нашел в нем никакой неправды. Он верен мне до крови. Вы увидите сами. Возле него многие спасутся”.
Верности вере о. Таврион учился у своих духовных наставников по Глинской пустыни, в братство которой он вступил пятнадцатилетним юношей, и от епископов и священников катакомбной Церкви.
Двадцать семь лет провел старец в тюрьмах и ссылке за веру, был сильно притесняем властями, служа на приходах Пермской, Уфимской, Ярославской епархий. Но он не осквернил себя угодничеством властям, ибо всегда исполнял веление Духа.
Скромная Спасо-Преображенская пустынька стала одним из главных духовных центров русской православной Церкви. Если в Троице-Сергиевой Лавре и в других знаменитых обителях паломников привлекали святыни, то Пустынька, не имея таковых (мироточивые иконы появились в ней совсем недавно), привлекала тем, что она была живой Церковью, где царил дух любви и служения друг другу. Отец Таврион явился истинным воссоздателем общинной жизни, практиком евхаристического возрождения. Он развивал то живое начало церковной традиции, которое в страданиях и муках сохранила катакомбная Церковь. Он не надеялся на хорошие времена (таких у христиан не бывает), не прятался в страхе за свою жизнь, а смело и мужественно исповедовал Христа и приобщал к вере, вводил в Церковь всех жаждущих. Он любил говорить народу: “С Богом потерь нет”. Его жажда творить нового человека во Христе встретилась с жаждой веры и истины у тех, кто сопротивлялся духу лжи и распада.
Лицом к лицу он был поставлен с пустыней нашей жизни, рожденной безверием и отступничеством от истины. Если тоталитарные власти стремились уничтожить личность, превратить Церковь в институт культа, то о. Таврион видел свою миссию в борьбе за образ человека, за личность, за возрождение христианства. Видя неспособность собратьев ответить на живые запросы современной души, он взял их немощи на себя и трудился за них. Но вместо благодарности за свои труды, он получал от некоторых из них осуждение и ярлыки — “католик”, “обновленец”.
Нужно было всех приходящих из огромной пустыни жизни в его маленькую тихую Пустыньку преображения душ — возродить к истинной жизни.
Как это делал о. Таврион практически, знают многие, потому что в свое время они, приезжая к нему, с жаждой учились истинной христианской жизни в этом скромном духовном оазисе Латвии.
Отец Таврион понимал Церковь как живой организм, вселенскую духовную семью, которая дробится на множество семей, пребывающих в разных местах, но имеющих единый Дух. Его пустынная монашеская семья сестер и семья духовных чад, которая приехала с ним из Ярославской епархии, никогда не жила замкнуто, но умножалась, принимая до 150–200 паломников в день. Принимались они о. Таврионом и его помощниками с любовью и радостью. Большинство из них были крещенными, но не воцерковленными, ибо жизнь на уровне прихода не могла ввести их в Церковь. И вот здесь, в Пустыньке, совершалось таинственное введение их в Церковь, в общинную жизнь, в ту живоносную традицию церковной жизни, которая, несмотря на внутренние и внешние гонения, еще сохранилась в сердцах лучших членов нашей Церкви.
В Пустыньке много было не так, как там, дома, в пустыне жизни. Там придешь в храм, переполненный людьми, и тебя никто не спросит, откуда ты, какая у тебя нужда; здесь тебя встречают как родного, знаемого, с вниманием и любовью. Там как потребитель стоишь и слушаешь: за тебя читают, за тебя поют, за тебя причащаются; здесь все участвуют в богослужении, все — священники. Батюшка служит не вместо народа, приехавшего к нему, а вместе с народом, постоянно вовлекает всех в службу и словом и делом. Много раз он выходит, вернее вылетает, легкий, как пух, из алтаря и обращается с воодушевлением и сиянием к молящимся: “Поем всею Церковью. Постараемся все как один петь, — продолжает батюшка, — за тебя приносится Жертва. Тебе нужна помощь Божия. Не будь слушателем, а участником”*. Потом следует опять призыв батюшки: “Наступают минуты, когда мы будем петь “Тебе поем...”, старайтесь, братья и сестры, петь как один, как одно сердце, как одни уста, открытою верою, уверенною бодростью. Проявим Господу Богу нашему преданность”. И все поют не только “Верую” и “Отче наш”, а всю службу от начала до конца.
Удивляли приезжих молитвы, произносимые о. Таврионом во время богослужения, которых они в своих храмах ни разу не слышали из уст священников. “Благодарим Тебя и за это общее служение, которое Ты благоволил принять из рук наших...” В древней Церкви эти молитвы всегда читались вслух предстоятелем от лица народа, но постепенно в процессе начавшегося расцерковления они превратились в так называемые тайные молитвы, которые многие священники читают про себя в алтаре или просто опускают. Отец Таврион позволял в богослужении и импровизации: вставлял свои молитвы, имея на это вдохновение и силу.
Видишь как мешает батюшке массивная алтарная перегородка летнего Спасо-Преображенского храма; открыты и не закрываются во все время богослужения царские врата и диаконские двери. Тут-то и понимаешь суетность всех наград с отверстыми вратами “до” и “после”; как все это мимо того, что действительно нужно для воплощения смысла и духа богослужения. Богослужение — это наше активное молитвенное общение с Богом и ближними. “Так давайте же, — как бы говорит батюшка, — не прятаться ни от Бога, ни друг от друга. Предстанем пред Богом все вместе, открытыми во всем”. Открытости в те времена боялись очень, здесь же рушились видимые и невидимые перегородки жизни и являлось чудо единения, которого желало сердце и которому оно верило.
Отец Таврион во время богослужения в постоянном общении с народом, почти всегда стоит к нему лицом. Евхаристические возгласы “Горе имеем сердца”, “Благодарим Господа” вопреки современной практике произносит, стоя лицом к народу.
Евангелие читает лицом к молящимся вначале на церковно­славянском, а затем на русском языке, чтобы разрушить еще одну преграду. Батюшка читает Евангелие так живо и проникновенно, осмысленно, как будто написал его сам. Это потому, что он реально встретился со Христом и живет Им, и все, что он делает, имеет дух свидетельства.
По прочтении Евангелия начинается живое истолкование услышанного отрывка. Батюшка диалогизирует свое слово: задает себе много вопросов от лица народа и отвечает на них. Говорит он с закрытыми глазами, с улыбкой, словно слушая свой внутренний голос. В такой форме слова опять проявлялось его желание сохранять ритм живого общения с молящимися. Слово его не просто о Любви, оно — само свидетельство Любви. Он постоянно говорил о самом главном в жизни христианина — соединении со Христом в таинстве Евхаристии. “Новый Завет с Чаши начался. Агнец Божий закалается за нас. Видимо, мы так дороги Богу, что нужен этот Агнец Божий, Сын Божий. Видимо, мы великие грешники, что ничем нас нельзя простить, а только жертвой Сына Божия, Который за нас закалается. Нет других средств нас освятить, как Таинственной Чашей — Телом и Кровью Сына Божия. О чем это говорит? Говорит о том, как мы должны ревновать об этом, как мы должны дорожить такими благодатными возможностями и как мы должны строить новую нашу благодатную жизнь. Начнем жить по-новому. Как хорошо! А какая светлая радостная надежда у нас будет! Слава Богу!” Перед пением “Тебе поем”, перед евхаристическим каноном батюшка опять призывает всех к тишине размышления, к особой сосредоточенности, к глубокому осмыслению творимой всеми молитвы “о всех и за вся” и предстоящего причащения Тела и Крови Христа, т. е. соединения с Ним и со всеми ближними. “Вот наступают величайшие минуты Литургии — “о всех и за вся”. Нужно, чтобы эта молитва была за весь мир; чтобы этой молитвой Господь сохранил мир, его бытие, потому что вы сами знаете, в каком положении теперь находится человечество, вообще все.
Требуется такая сила, которая бы сохранила человечество от жуткого, отчаянного момента.
Кто же сохраняет мир в его равновесии? Чаша Христова.
Если вы действительно этому миру могущественной силы желаете, то только ваше усердное причащение сохраняет мир и его бытие. Господь не допустит уничтожения мира.
Что дает нам Чаша? Святость. Чаша дает нам здоровье, дает нам бессмертие. Чашей мы служим миру. Никто так не послужит миру, никакой изобретатель, никакие труженики, никакие средства так не послужат миру, как мы своим причащением. Почему?
Ты, человек, восстанавливаешься во всей полноте. И эту полноту не для самого удовольствия получаешь. Ты Господу приносишь молитвы: “Твоя от Твоих... о всех и за вся”. Поэтому с верой будем приходить к Чаше, имея в виду то, что мы вот в храме Божием имеем благодать, а сколько в этот самый час несчастных в тюрьмах, в трудных тяжких обстоятельствах, работах. А сколько в домах умалишенных, сколько трудностей у людей! Вы приходите с такими трудностями за себя и за своих близких, а сколько пишут еще.
И вот с этим сознанием нужды, сознанием облегчить все эти страдания, предохранить мир, чтобы он себя не взорвал, мы и стоим здесь в величайшей, глубочайшей уверенности в могущественную Силу Божию.
Вот как мы крепко стоим! Господь Сам приходит в наше сердце. Вот твоя награда, твое предназначение. Будем этой жизнью жить. И апостол Павел призывает нас к ней: “Прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии” (1 Кор 6: 20).
Мы должны этой молитвой жить. За тебя умер Христос. Этим живи, этим возрождайся”. Во исполнение этого призыва батюшка служит Евхаристию каждый день. Насущный Хлеб, Которого просим у Господа в “Отче наш”, даруется в таинстве Евхаристии молящимся в храме ежедневно.
Ежедневное причащение в Пустыньке, введенное о. Таврионом, многих соблазняло — и пастырей, и пасомых, соблазняет и по сей день, как противоречащее сложившейся литургической практике. Сами они исходили в своем служении из сложившейся практики причащения — один раз в год на Пасху или по предписанию филаретовского катехизиса — четыре раза в год. Но, по словам Киприана Карфагенского, “обычай без истины есть только старое заблуждение”.
Отец Таврион понимал природу, смысл и дух таинства Евхаристии, поэтому вернулся к древней практике участия всех хрис­тиан в Трапезе Господней за каждым собранием общины. Он так подготавливал молящихся своим таинствоводственным словом, что они не могли не участвовать в Таинстве Евхаристии, никому не хотелось выпадать из единения со всеми, лишаться той Радости, Силы и полноты, которые сообщаются каждому в совместной молитве и участии в Трапезе Господней.
Все участники евхаристического собрания подходили к Чаше и, вкусив Тела и Крови Христовой, становились единым телом во Христе.
К этому евхаристическому опыту впервые приобщались тысячи паломников, сознавая свой прежний грех индивидуализма, и можно представить их скорбь, когда они, возвращаясь в свои храмы с порывом продолжить такой опыт евхаристической жизни, не могли его осуществить. Помню, как будучи таким же вдохновленным в Пустыньке по возвращении в Москву в своем Никольском храме на Рогожском кладбище получил замечание священника по поводу моего частого причащения. Он искренне считал, что подобно огненному херувиму стоит на страже истинного благочестия и, может быть, хотел сказать, что часто причащаться — есть страшный грех.
Такое церковное сознание было разрушительным для Церкви, и нужны были большие усилия и старания, чтобы его начать изменять и утверждаться в духоносной традиции древней Церкви.
Когда заканчивалась Трапеза Господня, все участники ее покидали храм и шли в трапезную для паломников напротив кельи о. Тавриона под соснами, где в простой аскетической обстановке совершалась агапа — трапеза любви. Она была удивительна своим духом служения друг другу в любви. Здесь тоже, как и в храме, служили все, потребителей не было: миски с кашей, чашки с чаем передавались из рук в руки, все убирали и мыли посуду.
После агапы служение продолжалось. Братья и сестры включались в повседневные дела пустынниц. Одни брали ведра и шли за водой, другие оставались в трапезной помогать готовить ужин, третьи шли на сенокос, на огороды, в сосновый лес собирать грибы и ягоды, на скотный двор, кто-то помогал о. Тавриону в его постоянных трудах по благоустройству жилищ для паломников.
День проходил в трудах и молитве, в общении с собратьями, узнавании друг друга. Вечером по звону колоколов все опять собирались служить в храме, слушать духовные беседы батюшки.
Эта прослоенность богослужения краткими и не краткими живыми беседами, порой замечаниями, являлась воплощением призыва апостола Павла постоянно проповедовать “во время и не во время” (2 Тим 4: 2). Богослужения о. Тавриона становились таким образом и службой научения. Отец Таврион понимал, что Церковь вновь должна вступить на путь учительства, от Нее ждет живого слова изверившийся народ.
Как нужно ему изучить и познать заповеди Божии, ибо, по слову мудрецов, “невежда не умеет остерегаться греха; неуч не может быть благочестивым”. Батюшка преподносил это слово своим слушателям щедро и радостно, в простой, доступной, легкой форме.
Прожив так день в Пустыньке, все испытывали чувство внутренней полноты, мира душевного и покоя. Ничего суетного, лишнего, ни в делах, ни в словах, все всерьез. Поистине, хрис­тианство есть такая жизнь, в которой все всерьез.
В дне батюшка обязательно выкраивал время для выслушивания тех, кто особо нуждался в духовной поддержке и советах. Кому отдавались часы выслушивания, кому минуты. К сожалению, из-за многолюдства выслушать каждого на исповеди было невозможно, поэтому батюшка прибегал, как и о. Иоанн Кронштадтский, к общей исповеди. Он ее проводил так, чтобы здесь, вот сейчас пробудить душу человека, чтобы он прозрел, не просто увидел грехи свои и назвал, перечислил их, а понял свое духовное, нравственное состояние, понял, что нет у него того, что должно быть. “Ты сосуд. Ты должен быть наполнен. Чем? Любовью. Вспомни святость, простоту, чистоту детства. Надо это возвратить”.
Он ставил в пример блудницу, пришедшую ко Господу: “Грешница пришла ко Христу, учителю нравственности, и молчанием молилась. И что же Он делает? Порицает ее? Зачем? Она пришла к нему с любовью. Она слезами и целованием ног Иисуса говорит: “Моя природа — любить Тебя. Это все счастье. Смысл жизни. Вот с этой природой я прихожу к Тебе. А все остальное было насилием надо мною, тиранией диавола”. Если с таким чувством будем подходить к Чаше Господней, это и будет нашим благодатным возрождением. Это надо осознать. Любишь ли ты Бога? Проверь. Любим ли Бога? Любим, любим и будем любить Тебя, а то, что было с нами — это не наше, это была тирания над нами, надо мной. Она приходила с такой душой.
Надо искать любовь ко Господу, проверять себя, находить прекрасное в нашей душе, то, что мы любили с самого раннего нашего детства. Итак, иди на исповедь и к Чаше только с любовью”. Каждый чувствовал на исповеди, что батюшка видел его насквозь, видел его грехи, но он не спрашивает о них, видя, как сердце, которое уже любит Господа, плачет и просит прощения у Него.
Спасо-Преображенская пустынька находится в инославном крае, здесь живут католики, лютеране. Отец Таврион относился к ним как сын Вселенской Церкви, с полной открытостью и любовью, как к братьям во Христе. Узы любви связывали его со старейшим католическим епископом, великим исповедником, впоследствии кардиналом, Юлианом Вайводсом. Однажды епископ подарил батюшке икону апостолов Петра и Павла, на обороте которой сделал такую надпись: “Это память братской экуменической встречи папы Павла VI с вселенским православным патриархом Афинагором в Иерусалиме. 5. 01. 1964 года”. Незадолго до своей кончины о. Таврион тепло поздравил епископа Юлиана в день его шестидесятилетия в священном сане.
Любовью батюшка разрешил, казалось бы неразрешимый вопрос духовной жизни католика Антония В., отца православного священника — латыша. Он ходил на службы в костел, но ему не разрешали причащаться, потому что был не венчан: жена — православная, не хотела венчаться в костеле. Когда он познакомился с о. Таврионом через свою супругу, которая была духовной дочерью батюшки, то начал регулярно посещать Пустыньку. Отец Таврион принял его с любовью и допустил его на службы, на исповедь. Антоний сам пожелал причащаться в Пустыньке. Отец Таврион давал ему свободу выбора обряда веры, не уклоняясь в прозелитизм. Отец Таврион венчал Валентину и Антония в своей келье.
После смерти о. Тавриона новый духовник Пустыньки уже не допускал к Чаше Антония. Это его смутило, и он перестал ездить в Пустыньку. Ныне старец, Валентина и Антоний покоятся в Пустыньке. В Царстве Любви они вместе.
Отец Таврион как верный христианин много и славно потрудился, чтобы вывести нашу Церковь из того духовного тупика, в который она вошла. Он учил приходивших к нему из пустыни жизни и простых, и ученых людей жить церковно, т. е. в Духе и свободе, творчески. Не должно быть никаких “винтиков”, все люди должны быть личностями, ибо всем дан великий дар — образ Божий. Искажать его — значит отказываться от жизни с Богом, а без Бога — жизни нет.
В начавшемся духовном преображении России о. Таврион участвовал смело, с дерзновением, и многие удивлялись этой смелости, но сами не имели мужества поступать так.
В новых условиях жизни нашей Церкви труды о. Тавриона уже принесли и приносят свои плоды: в некоторых местах России ныне возродилась и возрождается общинная и евхаристическая жизнь, апостольский миссионерский дух.
В Москве несколько лет назад родилось Преображенское братство, светлый, творческий дух которого сродни духу Спасо-Преображенской пустыньки времени служения в ней о. Тавриона, великого исповедника православной Церкви, духоносного старца, истинного сына Вселенской Церкви, святого нашего уходящего века.

Аверинцев С.С. Перевод ШЕСТОПСАЛМИЕ

(Пc 3):
Гоcподи, как умножилиcь теcнящие меня!
Многие воccтают на меня,
многие глаголют к душе моей:
"Нет в Боге cпаcения для него".
Но Ты, Гоcподи, -- защита моя,
Ты -- cлава моя, Ты возноcишь главу мою.
Глаcом моим воззвал я ко Гоcподу,
и уcлышал Он меня cо cвятой гоpы Cвоей.
Я уcнул, и cпал, и воccтал,
ибо Гоcподь защищает меня.
Не уcтpашуcь множеcтв людей,
отовcюду обcтупившиx меня.
Воccтань, Гоcподи! Cпаcи меня, Боже мой!
Ты поpажаешь вcеx cупоcтатов моиx,
cокpушаешь зубы гpешников.
От Гоcпода -- cпаcение,
и на людяx Твоиx -- благоcловение Твоё.
Я уcнул, и cпал, и воccтал,
ибо Гоcподь защищает меня.

 

(Пc 37):
Гоcподи! Не в яpоcти Твоей обличай меня,
и не в гневе Твоём наказывай меня;
ибо cтpелы Твои вошли в меня,
и отяготела на мне pука Твоя.
Нет целого меcта в плоти моей
по пpичине гнева Твоего,
нет миpа в коcтяx моиx
по пpичине гpеxов моиx;
ибо беззакония мои пpевыcили главу мою,
как бpемя тяжкое, гнетут меня;
cмеpдят и гноятcя pаны мои
по пpичине безумия моего.
Cогбен я и безмеpно поник,
веcь день, cетуя, xожу,
ибо недугом полны чpеcла мои,
и нет целого меcта в плоти моей.
Я изнемог и cокpушён веcьма,
вопию от cтеcнения cеpдца моего.
Гоcподи! Пpед Тобою вcё желание моё,
и воздыxание моё от Тебя не cокpыто.
Cеpдце моё тpепещет, оcтавила меня cила моя,
cвет очей моиx -- и того нет cо мною.
Дpуги мои, cотоваpищи мои
отcтупили от беды моей,
и ближние мои вcтали поодаль.
Но ищущие души моей cтавят cети,
желающие мне зла готовят cловеcа убийcтва,
готовят ковы целодневно.
Я же, как глуxой, не cлышу,
как немой, не отвеpзаю уcт моиx;
да, я был как тот, кто не cлышит,
и не имеет отповеди во уcтаx cвоиx.
Ибо на Тебя, Гоcподи, уповаю;
Ты уcлышишь, Гоcподи, Боже мой!
И cказал я: да не поpадуютcя обо мне вpаги мои,
да не поxвалятcя пpедо мною,
когда оcтупитcя cтопа моя!
Ибо я на pаны готов,
и cкоpбь моя вcегда пpедо мною,
я возвещаю беззаконие моё
и печалуюcь о гpеxе моём.
Меж тем вpаги мои живут в cиле великой,
и умножилиcь ненавидящие меня безвинно,
воздающие мне злом за добpо,
вpаждующие на меня за то, что я ищу добpа.
Не оcтавь меня, Гоcподи, Боже мой!
Не отcтупи от меня!
Поcпеши на помощь мне,
Гоcподи cпаcения моего!
Не оcтавь меня, Гоcподи, Боже мой!
Не отcтупи от меня!
Поcпеши на помощь мне,
Гоcподи cпаcения моего!

 

(Пc 62):
О, Боже, Ты -- Бог мой,
Тебя взыcкую от pанней заpи.
Тебя возжаждала душа моя,
по Тебе томитcя плоть моя
в земле пуcтынной, и cуxой, и безводной.
О, когда бы во cвятилище узpеть Тебя,
видеть cилу Твою и cлаву Твою!
Ибо милоcть Твоя лучше жизни,
и воcxвалят Тебя уcта мои.
Буду благоcловлять Тебя, пока длитcя жизнь моя,
c именем Твоим вознеcу pуки мои:
cловно туком и елеем наcытитcя душа моя,
и глаcом pадоcти воcxвалят Тебя уcта мои,
когда воcпомню о Тебе на поcтели моей,
поутpу помыcлю о Тебе;
ибо Ты -- Помощник мой,
и под cенью кpыл Твоиx я возpадуюcь.
Пpильнула к Тебе душа моя,
и деpжит меня деcница Твоя.
А те, кто уловляют душу мою,
cойдут в пpеиcподнюю земли,
пpеданы будут cиле меча,
доcтанутcя в добычу шакалам.
Цаpь же возвеcелитcя о Боге,
пpоcлавлен будет вcякий, кто клянётcя Им,
ибо загpадятcя уcта
глаголющиx непpавду.
Поутpу помыcлю о Тебе,
ибо Ты -- Помощник мой,
и под cенью кpыл Твоиx я возpадуюcь.
Пpильнула к Тебе душа моя,
и деpжит меня деcница Твоя.
(Cлава, и ныне.) Аллилуия, аллилуия, аллилуия, cлава Тебе, Боже. (Тpижды)
Гоcподи, помилуй (тpижды). (Cлава, и ныне.)

 

( Пc 87):
Гоcподи, Боже cпаcения моего!
Во дни и в ночи вопию пpед Тобою.
Да внидет пpед лицо Твоё молитва моя,
пpиклони уxо Твоё к молению моему;
ибо наcытилаcь бедами душа моя,
и жизнь моя подошла к пpеиcподней.
Я пpичиcлен к ниcxодящим в могилу,
я cтал, как человек изнемогший,
оcтавленный поcpеди мёpтвыx,
подобный убитым во гpобе,
о котоpыx Ты более не вcпомнишь,
и котоpыx pука Твоя отpинула.
Ты низвёл меня в pов пpеиcподний,
во тьму и в тень cмеpти;
на мне отяготела яpоcть Твоя,
и вcе волны Твои навёл Ты на меня.
Ты удалил от меня ближниx моиx,
cделал меня меpзоcтию для ниx,
заточил меня, мне не выйти на волю.
Очи мои иcтомилиcь от гоpеcти;
я взывал к Тебе, Гоcподи, веcь день,
пpоcтиpал к Тебе pуки мои.
Или над мёpтвыми Ты твоpишь чудеcа?
Или умеpшие воccтанут и воccлавят Тебя?
Или в гpобнице возвещаема будет милоcть Твоя,
и веpноcть Твоя -- в меcте тления?
Или во мpаке познают чудеcа Твои,
и пpавду Твою -- в земле забвения?
Но я к Тебе, Гоcподи, взываю,
и поутpу молитва моя -- пpед Тобою.
Зачем, Гоcподи, отвеpгаешь Ты душу мою,
отвpащаешь лицо Твоё от меня?
Нищ я, и в cкоpбяx от юноcти моей,
неcу бpемя ужаcов Твоиx и изнемогаю.
Надо мною пpошла яpоcть Твоя,
уcтpашения Твои cмутили меня,
вcякий день окpужают они меня, как вода,
обcтупают меня вcе cовокупно.
Ты удалил от меня дpуга и cотоваpища,
и ближниx моиx не видно, как во тьме.
Гоcподи, Боже cпаcения моего,
во дни и в ночи вопию пpед Тобою.
Да внидет пpед лицо Твоё молитва моя,
пpиклони уxо Твоё к молению моему.

 

(Пc 102):
Благоcлови, душа моя, Гоcпода,
и вcё, что во мне, -- имя cвятое Его,
благоcлови, душа моя, Гоcпода,
и не забывай вcеx даяний Его.
Он пpощает вcе беззакония твои,
иcцеляет вcе недуги твои,
избавляет от иcтления жизнь твою,
венчает тебя милоcтию и щедpотами,
наcыщает благами желание твоё;
как у оpла, обновитcя юноcть твоя.
Милоcть твоpит Гоcподь,
защищает пpаво вcеx утеcняемыx.
Он откpыл пути Cвои Моиcею,
cынам Изpаилевым -- деяния Cвои.
Щедp и милоcтив Гоcподь,
долготеpпелив и многомилоcтив,
не до конца пpогневаетcя,
и не вовек вpаждует;
не по беззакониям нашим cотвоpил нам,
и не по гpеxам нашим воздал нам.
Как выcоки небеcа над землёй,
cильна милоcть Его к боящимcя Его;
как отcтоит воcток от запада,
отдалил Он от наc беззакония наши.
Как милует отец cынов,
милует Гоcподь боящиxcя Его.
Ибо Он знает cоcтав наш,
помнит, что мы -- пеpcть.
Человек -- дни его подобны тpаве,
как цвет полевой, отцветают;
повеет над ним, и нет его,
и не узнает его меcто его.
Милоcть же Гоcподня от века и до века
к боящимcя Его,
и пpавда Его на cынаx cынов,
xpанящиx Завет Его,
помнящиx заповеди Его, чтобы твоpить иx.
Гоcподь на Небеcаx воздвиг пpеcтол Cвой,
и Цаpcтво Его вcё объемлет.
Благоcловите Гоcпода, вcе ангелы Его,
кpепкие cилою, твоpящие cлово Его,
внемля глаcу cлова Его.
Благоcловите Гоcпода, вcе воинcтва Его,
cлуги Его, твоpящие волю Его.
Благоcловите Гоcпода, вcе дела Его!
На вcяком меcте владычеcтва Его
благоcлови, душа моя, Гоcпода!
На вcяком меcте владычеcтва Его
благоcлови, душа моя, Гоcпода!

 

(Пc 142):
Гоcподи, уcлышь молитву мою,
внемли молению моему во иcтине Твоей,
уcлышь меня в пpавде Твоей,
и не вxоди в cуд c pабом Твоим,
ибо не опpавдаетcя пpед Тобою
никто из живущиx.
Ибо теcнит вpаг душу мою,
втоптал в землю жизнь мою,
ввеpг меня во тьму,
как умеpшиx в давние дни.
И уныл во мне дуx мой,
cмятенно во мне cеpдце моё.
Вcпоминаю дни дpевние,
pазмышляю о вcеx деянияx Твоиx,
о делаx pуки Твоей pаccуждаю,
пpоcтиpаю к Тебе pуки мои;
душа моя -- земля безводная и жаждет Тебя.
Cкоpо уcлышь меня, Гоcподи!
изнемогает дуx мой.
Не отвpати лица Твоего от меня,
да не уподоблюcь cxодящим во гpоб.
Откpой мне поутpу милоcть Твою,
ибо на Тебя уповаю;
укажи мне путь, котоpым мне идти,
ибо к Тебе возношу душу мою.
Избавь меня от вpагов моиx, Гоcподи!
к Тебе пpибегаю.
Научи меня твоpить волю Твою,
ибо Ты -- Бог мой.
Дуx Твой Благий да ведёт меня
на землю пpавды.
Pади имени Твоего, Гоcподи,
оживотвоpи меня;
pади пpавды Твоей
выведи из печали душу мою;
и по милоcти Твоей
иcтpеби вpагов моиx,
и погуби вcеx утеcняющиx душу мою,
ибо я -- pаб Твой.
Уcлышь меня, Гоcподи, в пpавде Твоей,
и не вxоди в cуд c pабом Твоим.
Уcлышь меня, Гоcподи, в пpавде Твоей,
и не вxоди в cуд c pабом Твоим.
Дуx Твой Благий да ведёт меня
на землю пpавды.
http://www.sfi.ru/lib.asp?rubr_id=289&art_id=2602

А.С. Пушкин. Стихотворения "Отцы пустынники и жены непорочны..."

А.С.Пушкин. Собрание сочинений в 10 томах. Версия 2.2 от 30 января 2002 г.


* * *
Отцы пустынники и жены непорочны,
Чтоб сердцем возлетать во области заочны,
Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв,
Сложили множество божественных молитв;
Но ни одна из них меня не умиляет,
Как та, которую священник повторяет
Во дни печальные Великого поста;
Всех чаще мне она приходит на уста
И падшего крепит неведомою силой:
Владыко дней моих! дух праздности унылой,
Любоначалия, змеи сокрытой сей,
И празднословия не дай душе моей.
Но дай мне зреть мои, о Боже, прегрешенья,
Да брат мой от меня не примет осужденья,
И дух смирения, терпения, любви
И целомудрия мне в сердце оживи.


© Электронная публикация — РВБ, 2000—2001.

Из книги "Отец Арсений"

Мне много раз приходилось присутствовать на беседах, проводимых о. Арсением с приехавшими к нему людьми, иногда тема беседы повторялась, если прибывшие ранее не слышали того, о чем говорил батюшка. Вот две беседы о. Арсения

О МОЛИТВЕ.

"Все евангельские слова боговдохновенны, но с особым чувством я воспринимаю слова, сказанные Спасителем: "Ибо, где двое или трое собраны во Имя Мое, там Я посреде них" (Мф. 18, 20)…..
Все верующие являются членами Церкви Христовой, и без Церкви одному человеку трудно найти верный путь к спасению, правильному поведению в земной жизни. Вне Церкви человек хиреет, легко поддается соблазнам, колебаниям, смущениям, смятению духа. Церковь духовно питает каждого приходящего к ней. Мы живем в окружении разнообразных людей: плохих, хороших, верующих и неверующих, встречаемся с последователями вредных учений, не зная об этом, что-то пытаемся передать им свое, но чаще получаем от них вред, ненужные знания и вредную информацию. Наша вера в Господа постепенно вытесняется посторонними мыслями, и, считая себя православными христианами, мы на самом деле становимся слабым отражением христианина. Постоянное общение с Церковью (Причащение) помогает бороться с окружающим злом и восстанавливает в человеке дух Христов, дух веры.
Если человек молится один и не живет жизнью Церкви (не Причащается), то суета и заботы века сего все дальше и дальше будут уводить его с дороги веры. Необходимо постоянно бывать в храме, молиться со всеми стоящими в нем, ибо "где двое или трое собраны во Имя Мое, там Я посреде них", исповедоваться и приобщаться Святых Тайн. Образно молитву одного человека можно сравнить с одиноко горящей свечой, но молясь в храме, сотни молящихся соединяют свет своих горящих свечей, и тогда возгорается огромный столп света, озаряющий всех стоящих в храме, и молитвы наши, соединенные воедино, возносятся в доме Господнем – храме – к Творцу. И Он слышит и внемлет нам. Пребывая в храме, молитесь о друзьях ваших, дабы Господь помогал им жить, сохранять и умножать веру, о врагах и обидчиках, чтобы примириться с ними, и никогда не забывайте молиться об умерших – ваша молитва помогает душам ушедших. Помните, что всегда надо помогать людям. На памятнике милостивого врача Гааза высечены слова: "Спешите делать добро". Да, да, спешите, это – евангельская истина. Добро и молитва – этому учит нас Иисус Христос". Сейчас точно не помню, но была эта беседа в 1969 г., присутствовало на ней восемь человек. Вторую беседу о молитве, в день преподобного Алексия, человека Божия 30 марта, я записала в 1973 г….
O. Арсений произнес: "Я – иеромонах, моя обязанность, по благословению старцев, помогать людям, нести им успокоение, любовь, учить молиться и любить ближних своих и Господа всем сердцем своим, всем разумением своим. Верю в Отца и Сына и Святаго Духа – нераздельную Троицу. Моя вера точно соответствует великим словам "Символа Веры", утвержденным Вселенскими Соборами, мне заповедано никогда не вступать в богословские споры, и я считаю их ненужными.
Боюсь ошибиться, но, насколько мне не изменяет память, почти каждый апологет и богослов, написав много хороших книг, всегда допускал одну-две неточности, за которые подвергался жестокой критике и осуждению со стороны своих противников (однако, за свои великие деяния и такие богословы бывали тоже канонизированы). Я принял послушание служить людям, и то, что буду говорить о молитве, исходит только из канонов Церкви и моего иерейского опыта, накопленного годами в общении с духовными детьми и приходящими ко мне людьми.
С большим интересом слушал ваш разговор о молитве, каждый из вас прав; молитва многообразна и у каждого человека исходит из сердца (души) по-своему, в зависимости от внутреннего устроения, духовного опыта, умения настроить себя на молитву, от созерцательности молящегося. Почти все, что я буду говорить, давно известно, но для собравшихся несведущих повторю. Все учителя Церкви писали о значении молитвы для верующего. В XIX в. писали митрополит Московский Филарет (Дроздов), епископ Феофан Вышенский, епископ Игнатий (Брянчанинов), Оптинские старцы (в письмах к духовным детям) и другие духовные писатели, в новейшее время даже составлена классификация молитв. Мне представляется самым главным при совершении молитвы: духовная собранность, душевная искренность, отрешение от житейской суеты, соблазнов и погружение в молитвенное состояние. Только тогда душа в своем молении может устремиться к Богу, но не каждому человеку это доступно в одинаковой степени. Молитвы ко Господу Богу условно можно подразделить на три вида:
1. Просительная молитва, когда молящийся просит Бога оказать помощь, избавить от бед и несчастий, помочь близким, исцелить от болезней, утешить в скорби, дать хлеб насущный, простить грехи или когда он молится за умерших. Просительная молитва для большинства верующих является главнейшей – даже человек, недостаточно осознающий Бога, может в трудную минуту обратиться к Вседержителю с просьбой о спасении. Приходя в церковь и молясь, мы всегда о чем-то просим Бога.
2. Благодарственная молитва – возносящая благодарность за оказанную человеку помощь в делах его, за исполнение наших просьб, ранее излагавшихся в просительных молитвах, за то, что Господь милует и дает жизнь. К сожалению, не все возносят Господу благодарственные молитвы. Многие только просят, уподобляясь должникам, постоянно берущим в долг, но забывающим отдавать прежде взятое. Благодарственная молитва, устремленная к Богу, Пресвятой Богородице и святым, и устремленная не единожды, а много раз, является возвращением человеком его долга Господу за исполнение просимого ранее в просительной молитве. Однако, как я уже упоминал, обращаются к Господу с благодарностью не все верующие. Задача священника, духовника разъяснять приходящим к нему людям, что необходимо благодарить Господа Бога, Пресвятую Богородицу и святых за оказанную помощь.
3. Прославляющая Бога молитва – это высшее моление к Богу, Творцу неба и земли, это восхваление Господа за все и вся. За скорби и беды, за спасение и избавление, за то, что живем, за радости и горе и, еще раз повторяю, – за все и вся. Господь –наш Творец, все исходит от Него, Он создал нас и дает нам возможность своей благочестивой жизнью на земле спасти свою душу и по Его милости войти в Царствие Божие. Это великое моление совершенной души, и каждый из нас, постигнув всю силу благодарственной молитвы, может войти в круг прославляющей молитвы.
4. Прославляющая Господа молитва всегда звучит в храме, и особенно во время самой великой церковной службы – литургии. Скажу несколько слов о том, как следует молиться. Отрешиться от окружающего тебя мира и войти в слова и дух молитвы без долгого молитвенного опыта многим бывает трудно. Ты молишься, стараясь вникнуть в молитву, а молитва идет рассеянно, рядом с молитвой все время возникает параллельная мысль о чем-то житейском, и ты не можешь избавиться, уйти от нее. Чтобы преодолеть это, необходимо чаще и больше молиться, обязательно первое время вслух, если есть возможность. Часто священники говорят и даже пишут, что рассеянная, несосредоточенная молитва не угодна Богу и даже греховна, потому что молящийся не отдает свою душу полностью Богу и этим совершает грех. Конечно, такая молитва неполноценна. Молящийся пытался собрать свою волю и ввести душу в молитвенное устремление, но, по своей немощи, не смог, но все же стремился это сделать. Только один Господь может оценить искренность и духовную ценность такой молитвы. Однако считаю, что если молитва произнесена и человек пытался устремиться к Богу, то хотя в силу неизвестных нам причин он не смог совершить горячей и искренней молитвы, все же он молился. Не забыл прочесть в положенное время правило – это уже жертва, труд, принесенный Господу, и Он примет молитву, взвесив внутреннее устроение и искренность молящегося. Многие, в том числе и священники, не согласны со мной, но я так думаю и находил косвенные подтверждения своим словам в духовной литературе и даже в древних патериках.
На всех ступенях молитвенного делания человек обязан стремиться, вознося прошения, благодарение или хвалу, молиться от всей души, стараясь отрешаться от всего суетного, земного. Если молящийся никак не может обрести способность искренне молиться, он должен посоветоваться со своим духовником. Часто с приезжающими я долго молюсь, громко и отчетливо произнося каждую, фразу, стараясь всю свою душу вложить в каждое слово и потом поясняю смысл и значение молитвы. Наиболее искренними и устремленными к Богу бывают молитвы просительные, ибо любой молящийся, даже не достигший духовного совершенства, в просительных молитвах искренен до конца – он просит исцеления, дарования милости, помощи близким, ниспослания жизненных благ, о спасении от смерти, болезней, о том, что вызывает у него боль и страдания"

* * *

Запись беседы о молитве воспроизведена по памяти. Две беседы о молитве о. Арсения, записанные мной, носили общий характер и велись с вновь приехавшими людьми. С каждым новым человеком, приходившим к нему и становившимся его духовным чадом, о. Арсений всегда проводил личную беседу о молитве ко Господу и о взаимоотношениях с людьми. Считал и требовал от человека обязательного и неукоснительного выполнения ежедневного молитвенного правила. Вначале спрашивал, какое правило выполняет пришедший, выслушав, советовал, – какие молитвы включить или исключить, в зависимости от духовного облика пришедшего. Рекомендовал тщательно просмотреть прошедший день, свои действия, мысли, разговоры, осознать, что совершил плохого, и, вознося молитвы к Богу, просить у Него прощения о соделанном и стараться не повторять плохого в следующие дни. Длительных молитвенных правил о. Арсений не одобрял, говоря, что молящийся к концу своего моления устает и молитвы повторяет бездушно, механически, однако некоторых благословлял молиться по часу и больше.
Советовал молиться утром и вечером в установленные раз и навсегда часы, рекомендовал родителям, имеющим детей, молиться всей семьей, но так, чтобы ребенок не уставал; вначале помолиться кратко с детьми, а потом продолжать молиться взрослым, выполняя установленное правило. Советовал молиться, идя на работу или с работы, повторяя все правило или отдельные молитвы из него, считая, что такая молитва избавляет человека от пустых и ненужных мыслей. Постоянно напоминал: "молитесь Богу, но не забывайте молиться о людях, совершайте добро. Молитва к Богу и любовь к человеку должны быть в единении, одно без другого не живет".

Протоиерей Борис Пивоваров. Божественная Евхаристия как основа духовной жизни и залог спасения.

Божественная Евхаристия как основа духовной жизни и залог спасения

 

Вместо предисловия
Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем.
(Ин. 6:56).
Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день.
(Ин. 6:54).
Божественная Евхаристия является средоточием всей церковной жизни и основой духовной жизни каждого православного человека. Цель настоящей статьи — показать, насколько важное значение в духовной жизни члена Церкви Христовой Православной имеет Святое Причащение. Моя основная задача — выявить наиболее актуальные вопросы современной евхаристической практики в Русской Православной Церкви и через свидетельства, заимствованные из источников церковного богословия, наметить возможные пути к решению этих вопросов.
Первый раздел статьи показывает центральное место Евхаристического богословия в церковном богословии. Второй раздел посвящен евхаристической практике. Третий — содержит свидетельства о благодатных действиях Евхаристии, четвертый — практические рекомендации и пожелания. В статье имеется краткий список богословской литературы по теме «Евхаристия».

 

Евхаристическое богословие
Евхаристия — не проблема (в современном, светском употреблении слова), а таинство, или по святоотеческому наименованию — «Таинство Таинств» церковных. Потому богословское исследование Евхаристии должно соответствовать литургическому и святоотеческому Преданию Церкви Христовой Православной.
Говоря о Церковном Предании как об учении Церкви, священномученик Ириней, епископ Лионский, писал: «Наше учение согласно с Евхаристиею, и Евхаристия в свою очередь подтверждает наше учение».
Важнейшие письменные источники для Евхаристического богословия — тексты Священного Писания, а также тексты литургий. Евхаристические молитвы литургии святителя Василия Великого являются вершиной церковного богословия. В них содержится изумительное изображение Божественного домостроительства и наиболее выразительное литургическое молитвенное свидетельство о спасительных плодах Евхаристии.
Евхаристия наилучшим образом раскрывает нам веру Церкви Христовой Православной. Она «заключает в себе спасительное действие Креста для всех времен» (святитель Иоанн Златоуст). Она всегда напоминает нам о нашем посвящении Богу в таинстве крещения. «Потому и священник, — пишет святитель Иоанн Златоуст, — призывает нас к этому (к Святым Тайнам), именуя святыми: «Святая святым!» В Священном Писании Нового Завета святыми, как известно, именуются все принявшие святое крещение, то есть все христиане.
«Все Таинства церковные соединены с Евхаристией. Именно Евхаристия сообщает им действительность, — пишет митрополит Пергамский Иоанн (Зизиулас). — Мы отделили Таинства от Евхаристии, и это большая трагедия в смысле литургическом».
Евхаристия делает нас причастниками Воскресения Христова и наследниками Жизни Вечной. Преосвященный Василий (Кривошеин) († 1985 г.), архиепископ Брюссельский и Бельгийский, говорит, что «Таинство Евхаристии тоже (как и крещение) есть таинство смерти и жизни Христовой и вместе с тем возвещение Его спасительного дела и ожидание Его Второго Пришествия: «Всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет» (1 Кор. 11:26). Причастие Святых Таин Христовых является источником и залогом нашего воскресения, как об этом свидетельствует Сам Господь: «Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день... Ядущий хлеб сей жить будет вовек» (Ин. 6:53—54, 58). Вот почему Cвятой Игнатий Антиохийский называет Тело и Кровь Христовы лекарством бессмертия, противоядием, чтобы не умереть» (см. Еф. 20:2).
Как новозаветная Пасхальная трапеза Божественная литургия всякий раз являет верным Пасху Христову и напоминает о Втором славном Пришествии Христовом. «Смерть Твою возвещаем, Господи, Воскресение Твое исповедуем!» — восклицали вслед за диаконами все участники Божественной литургии в Древней Церкви. (Эти слова сохранились в чинопоследовании Литургии святого апостола Иакова).
«Агнец Божий, добровольно идущий на заклание, стоит в центре всего чина Литургии. И вместе с тем, Этот Страждущий Господь — есть прежде всего и Живый, и Прославленный, и Воскресший; лучами славы Его, лучами Воскресения озарено все Таинство Евхаристии».
Божественной Евхаристией знаменуются все церковные праздники. Можно сказать, что Божественная литургия совершает церковные праздники. В дни поста Четыредесятницы по Уставу церковному литургия не совершается (кроме Литургии преждеосвященных Даров, совершаемой по завершении подвига дневного поста ради укрепления постящихся Святым Причащением).
Праздником всех церковных праздников является Пасха Христова. Очень важно понять, что в Огласительном Слове на Пасху святителя Иоанна Златоуста содержится призыв не к розговенью, а ко Святому Причащению: «Постившиися и непостившиися, возвеселитеся днесь! Трапеза исполнена, насладитеся вси! Телец упитанный, никтоже да изыдет алчай, вси насладитеся пира веры!». К новозаветной Пасхальной трапезе, то есть к Святой Евхаристии, призывает нас на Пасху святитель Иоанн Златоуст.
Невозможно исчерпать все богословское содержание Евхаристии, потому что с Евхаристией в жизни церковной связано все вообще и в духовной жизни каждого православного христианина в частности. Но самое важное в Евхаристическом богословии — евхаристическая практика.

 

Евхаристическая практика
Евхаристии нет без Причащения Святых Христовых Таин. Для того и совершается святая литургия, чтобы верные Христу люди могли принять Его превеличайший и спасительный дар — Святую Евхаристию.
Вместе с тем, церковные правила (каноны), святоотеческие творения и церковно-исторические источники говорят о том, что в различные периоды церковной истории существовала различная евхаристическая практика — от ежедневного до очень редкого причащения. И если в одних случаях редкое причащение соответствовало исключительным условиям жизни христианина (пример — преподобная Мария Египетская), то в других случаях, и чаще всего, редкое причащение свидетельствовало об ослаблении евхаристического сознания верующих. Например, святители Василий и Иоанн Златоуст в своих творениях выражали беспокойство о том, что среди христиан утрачивается ревность к Евхаристии.
Святитель Василий Великий писал к Кесарии: «Хорошо и преполезно каждый день приобщаться и принимать Святое Тело и Кровь Христову, потому что Сам Христос ясно говорит: „Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь, имать Живот Вечный" (Ин. 6:54). Ибо кто сомневается, что непрестанно быть причастником жизни не иное что значит, как жить многообразно? (по-славянски „множайше". — Прим. автора). Мы причащаемся четыре раза каждую седмицу: в День Господень, в среду, в пяток, и в субботу, также и в иные дни, если бывает память какого святого».
Это — свидетельство о евхаристической практике подвижников, монахов. Но воскресная Евхаристия, как говорят церковные каноны, предназначалась для всех.
Трудно основательно судить о том, как часто причащались православные на Руси в первые века после Крещения Руси, но хорошо известна практика крайне редкого причащения большинства православных в Синодальный период. Об этом очень сожалел великий проповедник Евхаристии святой праведный Иоанн Кронштадтский. В одной из своих проповедей он говорил: «Есть люди, которые только по нужде и необходимости приступают к принятию Святых Таин раз в год. Это тоже нехорошо, потому что исполняют уже свой христианский долг как бы из-под палки, по необходимости... А если Господь есть Истинный Хлеб, то мы должны желать этого Хлеба не только раз в год, но, по возможности, каждый месяц, каждую седмицу, даже каждый день. Почему так? Потому, что это — хлеб насущный для нас, для нашей души, а так как хлеб насущный нужен нам каждый день, то и в небесной пище — в Теле и Крови Христовых, мы нуждаемся каждый день. Поэтому и в молитве Господней мы молимся: хлеб наш насущный даждь нам днесь».
Начало евхаристического возрождения в Русской Православной Церкви можно усмотреть в учении и примере преподобного Серафима Саровского, который говорил своим духовным чадам, что не может христианин более почтить праздник церковный, нежели преискренним участием в Божественной Евхаристии. Поэтому он советовал в великие церковные праздники стараться непременно приступать ко Святой Чаше. А тому, кто смущался своим недостоинством или недостаточной подготовленностью, он говорил следующее:
«Если бы мы и весь океан наполнили нашими слезами, то и тогда не могли бы удовлетворить Господа за то, что Он изливает на нас туне и питает нас Пречистою Своею Кровию и Телом, которые нас омывают, очищают, оживотворяют и воскрешают. Итак, приступи без сомнения и не смущайся, но веруй только, что это есть истинное Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа, которая дается нам во исцеление всех наших греховных струпов».
Чтобы оценить подобные наставления преподобного Серафима о Евхаристии, надо вспомнить общий обычай тех времен. Люди причащались тогда раз или два в год, а на всех остальных литургиях они «слушали литургию», или «молились за литургией», как принято было говорить в те времена. Современник Серафима Саровского А. С. Пушкин запечатлел в «Евгении Онегине», что говели тогда обычно (и соответственно причащались) два раза в год: ...Они хранили в жизни мирной
Привычки милой старины;
У них на масленице жирной
Водились русские блины;
Два раза в год они говели;
Любили круглые качели,
Подблюдны песни, хоровод… Благодаря примеру преподобного Серафима и возрожденному в России через учеников преподобного Паисия Величковского старчеству отношение к Евхаристии постепенно стало изменяться в лучшую сторону. Не только насельники монастырей, но вслед за ними и благочестивые мiряне стали чаще приступать ко Святому Причащению. Самые пламенные призывы ко Причащению мы находим в творениях праведного Иоанна Кронштадтского, который на иконах чаще всего и изображается с Евхаристической чашей. Для страшного по причине гонений XX века евхаристическое возрождение стало залогом сохранения самого Православия в России. Именно во времена гонений Евхаристия как таинство страдания и Воскресения Христова становится как никогда желанной Священной трапезой для православного человека. Кто не знает примеров, как ценилось Причащение Святых Христовых Таин в тюрьмах, лагерях и ссылках?!
В период празднования 1000-летия Крещения Руси по милости Божией церковная жизнь в России стала возрождаться. И самым отрадным признаком этого возрождения стало стремление все большего числа православных людей к полноценному участию в Божественной литургии, то есть ко Святому Причащению.
В современной церковной жизни есть много важных аспектов евхаристической практики, которые требуют богословского рассмотрения. Следует назвать хотя бы важнейшие из них: «Исповедь и Причащение», «Дети в приходе и Причащение», «Миссионерская деятельность Русской Церкви и Литургия», «Церковный взгляд на брак и Евхаристия», «Связь церковных Таинств с Евхаристией». И очень важная тема — «Евхаристия и церковное единство». Потому что Евхаристия была и остается важнейшим выражением и свидетельством церковного единства. Церковь, по именованию святого апостола Павла, — Тело Христово (1 Кор. 10:17), а Святая Евхаристия, как Причащение Тела и Крови Христовых, благодатно созидает из верующих это Тело Христово. Христос однажды Себя принес в Жертву за грехи мiра (Евр. 10:12, 14), но присно (всегда) освящает причащающихся. (Тропарь 9-й песни канона ко святому Причащению). В этом сущность Божественной Евхаристии.
На Литургии святого Василия Великого возносится удивительная молитва о единстве христиан: «Нас же всех, от Единаго Хлеба и Чаши причащающихся, соедини друг ко другу, во Единаго Духа Святаго причастие...». Такое премiрное единство людей на земле возможно только через святую Евхаристию.
Евхаристия по своей литургической природе (самое общее священное дело христиан) свидетельствует об общем, а не только личном спасении, и о любви христиан друг ко другу. Призыв ко Причащению есть одновременно призыв к любви друг ко другу. «Со страхом Божиим, верою и любовию приступите!» — гласит древняя церковная формула. Слово «с любовью» почему-то выпало из нашего литургического возгласа. Слава Богу, что оно осталось в литургическом чинопоследовании у греков, значит, и нам легче будет возвратить упущенное. Но не является ли это упущение еще одним признаком оскудения нашего евхаристического самосознания? Недаром в Древней Церкви не только священнослужители, но и все участники Евхаристического собрания давали друг другу свидетельство христианской любви, говоря: «Христос посреде нас!» — «И есть, и будет!»
Итак, сравнивая современную евхаристическую практику с древнецерковной, можно сказать, что во все времена стоял и стоит один и тот же вопрос: как обязательное для спасения Причащение не сделать принудительным? Ибо в последнем случае невозможно избежать профанации «Таинства Таинств», когда само Причащение будет не во исцеление души и тела, не в залог Жизни Вечной, а скорее — в осуждение.
И еще один важный момент. Все молитвы Божественной литургии возносятся от всех и за всех причащающихся за этой конкретной литургией (кроме молитв об оглашенных, которым определено свое место в чинопоследовании литургии). Этого нельзя опровергнуть никаким «извитием словес».
Апостольские правила 8-е и 9-е, а также соответствующие им в учении Церкви о Евхаристии другие церковные установления (правила 66-е и 80-е Трулльского собора, 2-е Антиохийского и 11-е Сердикийского) ясно показывают, что Церковь Христова Православная призывает всегда и всех чад своих к постоянному участию в спасительной Евхаристии — Новозаветной Пасхальной Трапезе (хотя не вводит принудительного правила, похожего на гражданский принудительный закон).
Эти правила гласят, что не причащающиеся за литургией священнослужители «соделоваются причиной вреда народу» Божию (Ап. 8-е), что не причащающиеся за литургией верные — «творят безчиние» (Ап. 9-е), что не причащающиеся «уклоняются от порядка» церковного и должны в этом исповедоваться (Антиох. 2-е), что неучастие в трех литургиях «в три воскресные дня в продолжение трех седмиц» грозит удалением от церковного общения (VI Вселенского Собора, 80-е). Все это не должно быть для нас неведомо. И если из-за низкого уровня духовной жизни мы пока не дерзаем считать эти каноны обязательными для нас (хотя их никто не отменял), то необходимо все-таки стараться приближаться к ним, а не отстаивать ту евхаристическую практику, которая свидетельствует только об упадке нашего евхаристического самосознания.
Известный византийский канонист Феодор Вальсамон (XII в.), видя, как далеко отошла современная ему евхаристическая практика от прямого смысла 8-го Правила святых апостолов (оно не предусматривает простого присутствия священнослужителя при Евхаристии, а участие в литургии связывает только с Причащением), считал прямой смысл этого правила тяжким. Но преосвященный Никодим, епископ Далматинско-Истрийский, справедливо заметил, что толкование Вальсамона на это правило «ничем не обосновано».
Эту дилемму — Причащение за литургией обязательно, но не принудительно — обычно верующий решает сам или с помощью духовника, слыша постоянный призыв на литургии ко Причащению («Приимите, ядите…» и «Со страхом Божиим и верою приступите!») и помня предупреждение святого апостола Павла о безрассудном отношении к Святейшей Евхаристии (1 Кор. 11:27-30). Но задача православного богословия в том и заключается, чтобы способствовать правильному отношению к Евхаристии. Именно для этого Святые Отцы принимали церковные правила, касающиеся Евхаристии. Благодатные действия Евхаристии О благодатном действии Евхаристии прекрасно сказал в одном из поучений богомудрый святитель Филарет, митрополит Московский († 1867 г.):
«По многоразличной силе Божественной Пищи и Пития, по многоразличной премудрости, благости Божественного Питателя, ощутительный плод вкушения Трапезы Господней является верующим то неизреченною радостию в сердце, то сладкою тишиною в душе, то светлостию в уме, то глубоким миром в совести, то утишением обуревавших искушений, то прекращением страданий душевных и телесных, а иногда и совершенным исцелением, то живейшим ощущением любви к Господу или умножением ревности и силы к духовным подвигам и добродетелям. Но каковы бы ни были наши собственные в сей Тайне опыты, то скажу со Святым Златоустом: „Да будет истиннее и помысла, и зрения нашего слово Господа нашего". После того, как Он сказал: „Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает и Аз в нем; ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный" (Ин. 6:56, 54), — как дерзнем мы, хотя и недостойные причастники Его Плоти и Крови, как дерзнем отрицать то, что Он в нас и мы в Нем, и что мы в Нем „имеем живот вечный", если только сами не удалимся от Него, если только сами не повергнем себя снова в смерть греховную?».
О благодатных действиях Евхаристии ясно свидетельствуют молитвы ко Святому Причащению и по Причащении. «Буди же ми благодарение сие (то есть — эта Евхаристия, это Причащение, эта литургия. — Прим. автора ) — в радость, здравие и веселие. В страшное же и Второе Пришествие Твое сподоби мя грешнаго стати одесную славы Твоея».
Святоотеческие творения и отдельные изречения о Причащении еще глубже раскрывают спасительное значение этого великого Таинства.

 

Практические рекомендации
1. Выражая надежду, что настоящая Конференция будет иметь продолжение в дальнейшей богословской работе ее участников, хочется надеяться, что Русская Православная Церковь будет проводить и богословские собрания, посвященные Евхаристии. Их, наверное, не стоит громко именовать «Евхаристическими конгрессами» или «Евхаристическими конференциями», потому что слово «Евхаристия» — священнотаинственное, и пользоваться им следует осмотрительно. Но по благословению священноначалия хорошо бы устроить, например, братский богословский семинар по литургическому богословию. На нем, ежедневно совершая Божественную литургию, можно было бы рассмотреть наиболее актуальные вопросы современной литургической практики, касающиеся Причащения, поста, исповеди вообще, исповеди перед Причащением и связи Евхаристии с другими церковными таинствами. Такие литургические семинары со временем могли бы способствовать изменению современной приходской практики исповеди и Причащения в лучшую сторону.
Поскольку в настоящее время накопилось много вопросов, связанных с нынешней евхаристической практикой, то, наверное, потребуется целый ряд шагов в этом направлении. Невозможно перечислить все недоумения, связанные с непониманием значения Евхаристии в духовной жизни православного человека. Такие недоумения встречаются и у священников, и у многих наших боголюбивых прихожан.
2. Братские богословские собрания или съезды, посвященные Евхаристии, со временем отразятся и на преподавании дисциплины «Литургика» в духовных школах, а может быть, будут содействовать и формированию в Духовных академиях и семинариях такого важнейшего богословского направления как Литургическое Богословие. При изучении литургического богословия тема «Евхаристия» должна быть первой и основополагающей. Изучение церковного Устава, может быть, удобно начинать со службы 9-го часа, полагающего начало суточному кругу церковных служб. Но литургику, как и литургическое богословие, вероятно, следует начинать с напоминания заповеди Христа Спасителя: «Сие творите в Мое воспоминание» (Лк. 22:19).
3. В тех приходах, где более одного священника, весьма хорошо бы всем священнослужителям — не только в великопраздничные дни, но и каждое воскресенье, как в День Господень, стремиться участвовать в трапезе Господней, подавая добрый пример всем верным чадам Церкви Христовой Православной.
Все другие пастырские заботы и обязанности (а их в воскресный день, естественно, более всего) должны быть подчинены Евхаристии или максимально согласовываться с ней. К сожалению, в настоящее время так называемые требы своего требуют неукоснительно, а для Евхаристии остается минимум пастырского времени и участия. Помолится священник на Проскомидии и, кажется, довольно поучаствовал в литургии. В прежние времена это в какой-то степени было оправдано: тогда один храм приходился на целый город или, как в Сибири, даже на несколько городов. Теперь же ситуация изменилась, а обычай — служить литургию священнику одному (чтобы другим в это время заниматься требами) — остался.
Евхаристическое обновление в нашей церковной жизни будет затруднено, если священники, вопреки апостольскому примеру и правилу (Ап. 8-е), сами не будут в воскресенье, как в День Господень, все причащаться Святых Христовых Таин. Если они будут стремиться каждое воскресенье и каждый великопраздничный церковный день приступать ко Святому Причащению, то это будет реальным шагом к укреплению Православия на Руси.
Возражения такого рода, что, например, во время литургии идут крестины, венчания, причащения на дому, отпевания и другие требы, имеют простой ответ: время крестин при желании постепенно можно сообразовать со временем Евхаристии, чтобы не было совпадения. И другие требы можно соподчинить литургии. О причащении на дому тяжелых больных есть церковное установление: «аще (больной) зрит к смерти», то и священник должен отложить чинопоследование литургии (если не достиг определенного момента, а если достиг, то должен спешить к умирающему по совершении службы). Если же в приходе несколько священников, то один из священников может в любой момент поспешить по срочному вызову к тяжело болящему. Таким образом, при добром желании, все пастырские заботы возможно сообразовать с литургией. Все дело в приоритетах.
Несомненно, что причащение больных и престарелых на дому, недужных в больнице, страждущих в темнице, все это — святая обязанность священника, ибо и здесь он служит Божественной Евхаристии.
4. Очень прискорбно, когда священники держатся запретительного обычая, выискивая любые причины для того, чтобы не допустить прихожанина ко Святому Причащению. Стремление верующего человека ко Причащению нельзя использовать как повод к властвованию над ним. Несомненно, надо настоятельно обращать внимание прихожан на вечернюю службу накануне Причащения, на чтение молитв ко Святому Причащению, на важность исповеди, примирения с ближними, на должное проведение субботнего (или другого предпраздничного) вечера. Здесь-то по-настоящему и обнаруживается проблема катехизации в приходе. Но любые запрещения без катехизации свидетельствуют только о том, что мы, священники, уподобляемся тем самым законникам, которые взяли ключи разумения и сами не входят, и других не пускают к благодатному источнику Божественной Жизни.
Не существовало и не существует таких церковных правил (канонов), которые бы при подготовке ко Причащению предписывали священнослужителям послабления сравнительно с прихожанами. Если угодно считать, что священнослужитель стоит «выше» прихожанина на церковной лестнице, то евхаристические требования к нему также должны быть выше (более строгий пост накануне и более тщательная исповедь). Иначе получается лицемерие. Ведь недаром Святые Отцы отмечали такую закономерность: чем строже отношение к себе, тем снисходительнее к другим, и обратное — чем строже к другим, тем больше послабления себе самому...
Аргумент, гласящий, что «священник-де часто служит, значит, он не может или не обязан поститься перед Причащением, в отличие от мiрян, которые редко причащаются», — с точки зрения церковного богословия совершенно беспомощен. Но если даже и рассуждать таким образом, то вопрос все равно решается не в пользу священнослужителей. Если мiряне, ценя и любя Евхаристию, будут причащаться так же часто, как, например, священнослужители, то, значит, и им можно будет не непременно держать пост перед Причащением. Это касается и исповеди. Иначе для каждого священнослужителя напрашивается правило — пост и исповедь перед каждым Причащением. Вся жизнь православного христианина должна быть приготовлением ко святой Евхаристии, или, правильнее сказать, — соответствовать ей.
5. Существует ряд богословских вопросов уставного характера, касающихся Евхаристии. Например, троекратное чтение тропаря 3-го часа целесообразнее перед молитвой «Еще приносим Ти словесную сию и безкровную службу...», нежели после нее. Но поскольку «Служебник» показывает обратный порядок, то для разрешения этого вопроса требуется Определение высших инстанций Русской Православной Церкви, а к нему богословское разъяснение для всех священнослужителей Церкви, чтобы из-за перестановки не возникали расколы. Другой вопрос — чтение тайных или, точнее, — священнотаинственных молитв (чтение вслух, или негромко, или «про себя»).
Есть еще один важный вопрос евхаристической практики, которого, может быть, еще рано касаться, но который могут встать перед нами. Если мы сегодня на него закроем глаза, то вряд ли это будет правильно. Это — вопрос о самопричащении. Пространное свидетельство о том, как в Древней Церкви во время гонений или в иных обстоятельствах христиане сами в своих домах причащались Святых Христовых Таин, находится в вышеупомянутом письме святителя Василия Великого к Кесарии.
В богословских журналах уже были публикации на эти темы. Но подобные вопросы невозможно решать кабинетно, то есть отвлеченно от конкретной литургической практики. Бог даст, начавшееся евхаристическое возрождение само приведет к их практическому разрешению, а затем придет и теоретическое их осмысление. И произойдет это гораздо легче, чем представляется сейчас. Тогда подобные перемены будут восприниматься не как обновленчество, а как насущная церковная потребность, как восстановление и усвоение литургического и святоотеческого Предания о Евхаристии. Однако тщательное изучение евхаристической практики прежних веков надо начинать сейчас, и не ждать, когда эти вопросы встанут еще более остро. Гонения ХХ столетия уже показали их актуальность.

 

Заключение
Укрепление Православия не только в России, но и во всем христианском мире неотделимо от евхаристического возрождения. Евхаристическое возрождение в Русской Православной Церкви, слава Богу, началось, но оно требует содействия и священноначалия, и богословов.
Церковная жизнь, как всегда, опережает учебное богословие, а литургическая практика опережает литургику. Многие наши добрые и усердные прихожане, веруя в силу Евхаристии, любя Евхаристию, стремятся к Евхаристической Чаше, в то время как на семинарской скамье, к сожалению, иногда «прорабатываются» еще те конспекты по литургике, в которых отражается синодальная практика редкого причащения. Тогда богословы были вынуждены оправдывать эту практику, рассуждая о различных формах участия в литургии, об антидоре, якобы заменяющем Причащение, о «слушании литургии» и так далее.
Божественная Евхаристия — основание литургической жизни Церкви Христовой Православной, и она же является основанием и духовной жизни каждого православного человека. Это основание положил сам Спаситель мира, сказав: «Сие творите в Мое воспоминание» (Лк. 22:19; 1 Кор. 11:24—25).
Наша духовная жизнь неотделима от Евхаристии, ибо Евхаристия — вернейший путь ко спасению. Слава Богу, что на рубеже тысячелетий Русская Православная Церковь вновь (как и при праведном Иоанне Кронштадтском, на рубеже прошлых двух веков) переживает евхаристическое возрождение. И наша общая забота заключается в том, чтобы, опираясь на литургическое и святоотеческое Предание, по мере сил способствовать евхаристическому возрождению. Недаром же в Русской Православной Церкви утвердился обычай — не только на Пасху и в Пасхальную седмицу, как это положено по древнему богослужебному Уставу, а почти за каждой литургией, почти в течение всего церковного года петь во время причащения пасхальный киноникон (причастный стих): «Тело Христово приимите, источника безсмертнаго вкусите!».
Отвечая на вопрос об основах духовной жизни в Православии, следует вспомнить заповедь Спасителя мiра Господа нашего Иисуса Христа о Евхаристии (Лк. 22:19) и Его великие обетования, связанные с Причащением (Ин. 6:54—56). Употребляя выражение священномученика Иринея, Епископа Лионского, сказавшего: «Наше Учение согласно с Евхаристией, а Евхаристия в свою очередь подтверждает наше Учение», можно сделать и главный вывод по вопросу об основах духовной жизни в Православии: духовная жизнь православного христианина — наша духовная жизнь должна быть согласна с Евхаристией, а достодолжное отношение к Евхаристии, в свою очередь, будет подтверждать правильность духовной жизни. Следовательно, Божественная Евхаристия — это не просто основа, а основа основ духовной жизни и залог спасения для всех ищущих спасения во Христе (Ин. 6:56, 54).

 

Приложение

 

Краткий список литературы по теме «Евхаристия»
1. Собрание древних литургий, восточных и западных, в переводе на русский язык. Вып. 1—5. М.: Изд. Свято-Владимирского братства. Вып. 1-й, 1997; Вып. 2-й, 1998; Вып. 3-й, 1998; Вып. 4-й и 5-й (в одной книге), 1999 (Репринт с издания, составленного редакцией журнала «Христианское чтение». СПб, 1875—1877).
2. Правила Святых Апостол, Святых Соборов, Вселенских и Поместных, и Святых Отец с толкованиями. М.: Изд. Московского Общества любителей духовного просвещения, 1876. С. 13—17: толкования на 8-е и 9-е Правила святых апостолов.
3. Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Репринт. Т. 1. М.: Международный издательский центр православной литературы, 1994. С. 66—68: толкования на 8-е и 9-е Правила святых апостолов.
4. Сказания о подвигах и событиях жизни старца Серафима, иеромонаха, пустынника и затворника Саровской пустыни. Изд. 3-е. СПб, 1877. (С. 151—154. Глава «О приобщении Святых Таин»).
5. Св . Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе. В 2-х тт. М.: Благовест, 1998.
6. Архимандрит Арсений. Древнехристианская практика причащения Святых Таин в связи с современной в Православной Церкви. М., 1914. Епископ Серпуховский Арсений. Как причащались древние христиане. СПб.: Библиополис, 1998. С. 30. В сокр.: Как часто древние христиане причащались? — Богосл. труды, № 21, 1980. С. 118—119.
7 Б . Сове. Евхаристия в древней Церкви и современная практика. — «Живое Предание: Православие и современность». М.: Изд. Свято-Филаретовской московской высшей православной школы, 1997. С. 194—222.
8. Протиерей Н . Афанасьев. Трапеза Господня. Рига: Изд. Балто-славянского общества культурного развития и сотрудничества, 1991. С. 94.
9. Архимандрит Киприан (Керн). Евхаристия. — Из чтений в Православном Богословском институте в Париже. Париж: ИМКА-Пресс, 1947. С. 351.
10. Протоиерей А . Шмеман. Евхаристия — Таинство Царства. Париж: ИМКА-Пресс, 1984. С. 314.
11. Протоиерей А . Шмеман. За жизнь мира. Вильнюс: Весть, б/г. С. 107.
12. А . О . Вольгин. О Таинстве Евхаристии. — ЖМП, No 3, 1972. С. 64—73.
13. Иеромонах Григорий. Литургия Божественной Евхаристии. Афины, 1971. Сокращенный вариант в переводе Нелюбова Б. А. на русский язык опубликован в «Богосл. трудах», № 21, 1980. С. 120—151. В том же сборнике имеется приложение к данному переводу под названием: «О Евхаристии: из отеческого предания». / Сост. студенты МДА и монахи ТСЛ.
14. Архимандрит Иоанн (Маслов). Проскомидия. — ЖМП, № 9, 1976. С. 76—77.
15. Архиепископ Михаил. Евхаристия как новозаветное жертвоприношение. — Богосл. труды, № 11. С. 164—173.
16. В . Д . Сарычев. О Евхаристии. — Богосл. труды, № 11. С. 173—181.
17. Н . Д . Успенский. Византийская Литургия. (Историко-Литургическое исследование). — Богосл. труды, № 21—24, 26.
18. Протоиерей Ливерий Воронов. Евхаристия. — Богосл. труды, № 21. С. 60—70.
19. Архиепископ Михаил. Евхаристия по учению Православной Церкви. — Богосл. труды, № 21. С. 71—89.
20. Архиепископ Михаил. Благодатное преобразование-преображение мира и Святая Евхаристия. — Богосл. труды, № 21. С. 90—102.
21. Архиепископ Михаил. Евхаристия и священство. — Богосл. труды, № 21. С. 103—117.
22. Архиепископ Михаил. Церковь и Евхаристия в православном сопоставлении. — Богосл. труды, № 25, 1984. С. 154—160.
23. Архимандрит Илия (Мастрояннопулос). Чаша Бессмертия. Божественная Евхаристия. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1997.
24. Чаша Жизни. — Святые Отцы о Таинстве Причащения. М., 1999.
25. В церковно-педагогической газете «Воскресная школа» среди лекций по Богословскому экстернату автором настоящего доклада опубликованы четыре лекции по «Литургике», посвященные Евхаристии: лекция 7: Божественная Литургия как пасхальная церковная служба («Воскресная школа», 1997, декабрь, № 21. С. 8); лекция 8: Божественная Литургия как новозаветная пасхальная трапеза (1997, декабрь, № 22. С. 8—9); лекция 9: Божественная Литургия как новозаветная пасхальная трапеза по древнелитургическим текстам (1997, декабрь, № 23. С. 9); лекция 10: Божественная Литургия как новозаветная пасхальная жертва по святоотеческим творениям (1998, январь, № 1. С. 7).
Источник: «Церковь и время», № 2 (11), 2000

Протопресвитер Александр Шмеман "Дневники. 1973-1983" - Избранное

 Москва. «Русский Путь». 2005.
Стр. 558 Вторник, 20 января 1981
«Если бы я был "старцем", то я бы сказал кандидату, [кандидат]ке, "взыскующим иночества", примерно следующее:
- поступи на службу, по возможности самую простую, без "творчества" (в банк к окошечку, например);
- работая, молись и "стяжай" внутренний мир, не злобствуй, не "ищи своего" (прав, справедливости и т.д.). Воспринимай каждого (сослуживца, клиента) как посланных, молись за них;
- за вычетом платы за самую скромную квартиру и самую скромную пищу - отдавай свои деньги бедным, но именно бедным, личностям, а не "фондам помощи";
- ходи всегда в одну и ту же церковь и там старайся помочь реально (не лекциями о духовной жизни или иконах, не "учительством", а "тряпочкой" - ср. преп. Серафим Саровский). Этого служения держись и будь - церковно - в полном послушании у настоятеля;
- на служенье не напрашивайся, не печалься о том, что не "использованы твои таланты", помогай, служи в том, что нужно, а не там, где ты считаешь нужным;
- читай и учись в меру сил - но читай не только "монашескую литературу", а шире (этот пункт требует уточнения);
- если друзья и знакомые зовут в гости, потому что они близки тебе, иди - но с "рассуждением", и не часто. Нигде не оставайся больше полутора, двух часов. После этого самая дружеская атмосфера - вредна;
- одевайся абсолютно как все, но скромно. И без "видимых" знаков обособления в "духовную жизнь";
- будь всегда прост, светел, весел. Не учи. Избегай как огня "духовных разговоров" и всяческой религиозной и церковной болтовни. Если так будешь поступать - все окажется на пользу...
- не ищи себе "духовного старца" или "руководителя". Если он нужен, его пошлет Бог, и пошлет, когда нужно;
- прослужив и проработав таким образом десять лет - никак не меньше, спроси у Бога, продолжать ли так жить или нужна какая-нибудь перемена. И жди ответа: он придет - и признаками его будут "радость и мир в Духе Святом".
http://www.krotov.info/libr_min/25_sh/shme/man_48.htm

А. К. Толстой. Поэма "Иоанн Дамаскин" (1852)

Тропарь

«Какая сладость в жизни сей
Земной печали непричастна?
Чьё ожиданье не напрасно?
И где счастливый меж людей?
Всё то превратно, всё ничтожно,
Что мы с трудом приобрели, —
Какая слава на земли
Стоит тверда и непреложна?
Всё пепел, призрак, тень и дым,
Исчезнет всё как вихорь пыльный,
И перед смертью мы стоим
И безоружны и бессильны.
Рука могучего слаба,
Ничтожны царские веленья —
Прими усопшего раба,
Господь, в блаженные селенья!
Как ярый витязь смерть нашла,
Меня как хищник низложила,
Свой зев разинула могила
И всё житейское взяла.
Спасайтесь, сродники и чада,
Из гроба к вам взываю я,
Спасайтесь, братья и друзья,
Да не узрите пламень ада!
Вся жизнь есть царство суеты,
И, дуновенье смерти чуя,
Мы увядаем, как цветы, —
Почто же мы мятемся всуе?
Престолы наши суть гроба,
Чертоги наши — разрушенье, —
Прими усопшего раба,
Господь, в блаженные селенья!
Средь груды тлеющих костей
Кто царь? кто раб? судья иль воин?
Кто царства божия достоин?
И кто отверженный злодей?
О братья, где сребро и злато?
Где сонмы многие рабов?
Среди неведомых гробов
Кто есть убогий, кто богатый?
Всё пепел, дым, и пыль, и прах,
Всё призрак, тень и привиденье —
Лишь у тебя на небесах,
Господь, и пристань и спасенье!
Исчезнет всё, что было плоть,
Величье наше будет тленье —
Прими усопшего, Господь,
В твои блаженные селенья!
И ты, предстательница всем!
И ты, заступница скорбящим!
К тебе о брате, здесь лежащем,
К тебе, святая, вопием!
Моли божественного сына,
Его, пречистая, моли,
Дабы отживший на земли
Оставил здесь свои кручины!
Всё пепел, прах, и дым, и тень!
О други, призраку не верьте!
Когда дохнёт в нежданный день
Дыханье тлительное смерти,
Мы все поляжем, как хлеба,
Серпом подрезанные в нивах, —
Прими усопшего раба,
Господь, в селениях счастливых!
Иду в незнаемый я путь,
Иду меж страха и надежды;
Мой взор угас, остыла грудь,
Не внемлет слух, сомкнуты вежды;
Лежу безгласен, недвижим,
Не слышу братского рыданья,
И от кадила синий дым
Не мне струит благоуханье;
Но вечным сном пока я сплю,
Моя любовь не умирает,
И ею, братья, вас молю,
Да каждый к Господу взывает:
Господь! В тот день, когда труба
Вострубит мира преставление, —
Прими усопшего раба
В твои блаженные селенья!»


http://www.krotov.info/library/t/tolst_a.html

Святитель Григорий Богослов (4 век)

СЛАВОСЛОВИЕ

Ей, Царю, Царю нетленный,
Дай Тебя воспеть, восславить,
Государя, Властодержца!
Чрез Тебя напевы наши,
Чрез Тебя Небесных хоры,
Чрез Тебя времен теченье,
Чрез Тебя сиянье солнца,
Чрез Тебя луны отрада,
Чрез Тебя краса созвездий;
Чрез Тебя возвышен смертный
Дивным даром разуменья,
Тем от всей отличен твари.
Ты – Создатель, Ты – Зиждитель,
Ты устав вещам даруешь,
В них и лад и строй являешь,
Все свершая силой Слова,
Слова Божья – Бога Сына,
Что Тебе единосущен,
Бог от Бога, Свет от Света,
Мир уставил в стройном чине
И над ним всевластно правит;
И отвсюду мирозданье
Обвевает, облетает
Дух Святой Животворящий.
Слава Троице единой,
Неделимой, сокровенной,
Безначальной, безконечной,
Несказанной, непостижной!
Тайна таин, Ум верховный,
Без начала, без предела,
Мирозданья средоточье,
Свете! Взор Тебя не емлет,
Ты ж объемлешь все глубины,
Все проникнул, все постигнул –
Бездны мрака, выси неба!
Благодать мне, Отче, даруй,
Послужить Твоей святыне
Поклоненьем непорочным;
Отпусти грехи и вины,
Изгони из помышлений
Скверну злобы, темень плоти, -
Да почту Тебя нескверно,
В чистоте подъемля руки,
Да воздам Христу служенье,
В правоте склонив колена!
Помяни раба, Владыка,
Как в Твое приидешь царство!
Благодать мне, Отче, даруй,
Даруй милость и прощенье,
Да Твое восславлю имя:
Днесь и до скончанья века!

Перевод С. С. Аверинцева

С. Аверинцев «Переводы. Многоценная жемчужина»,
К., Дух i Лiтера, 2004

"Вера не должна разрушать..." Интервью епископа Венского и Австрийского Илариона (Алфеева)

http://www.orthodoxy.lt/index.php/where,magazine;sub,int;sub3,357

С 17 по 25 мая 2005 года Литовскую епархию посетил епископ Венский и Австрийский Иларион (Алфеев), представитель Русской Православной Церкви при европейских международных организациях. В ходе визита владыка посетил храмы города Вильнюса и некоторых других городов Литвы, в том числе и те приходы, в которых владыка сужил еще будучи пресвитером Литовской епархии.
В конце своего визита, в своем интерьвью епископ Иларион поделился впечатлениями от увиденного, а так же ответил на некоторые актуальные  вопросы, касающиеся церковной жизни. 
Владыка, как часто можно и нужно приступать к Таинству Евхаристии?

В своих епархиях и на приходах, которые входят в эти епархии, я всегда стараюсь подчеркивать, что основой духовной жизни христианина и основой жизни церковной общины является именно Евхаристия, Литургия, Святое Причащение. Евхаристическое благочестие – тот камень, на котором созидается всякая духовная община. Я замечаю, что там, где нет регулярного причащения, где люди подходят к Святой Чаше только по большим праздникам или по особым случаям, очень трудно или даже невозможно создать крепкую церковную общину, потому что нет той основы, на которой она могла бы строиться. Без этой основы невозможно построить и крепкую семью, которая призвана быть «малой церковью», ибо она может стать таковой только в том случае, если все члены семьи будут регулярно причащаться. Поэтому я в проповедях призываю прихожан причащаться как можно чаще и считаю, что в принципе каждый христианин имеет право причащаться на каждой литургии, которую он посещает. При условии, конечно, что он соблюдает церковные правила, что живет в соответствии с церковным календарем, что его образ жизни соответствует нравственным нормам, которые установила Церковь. Если все эти условия соблюдены, то нет никаких препятствий для того, чтобы человек причащался за каждой литургией.
Более того, я считаю, что присутствие на литургии без причащения – это экклезиологический нонсенс. Слова Христа, которые произносит священник: «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое», «Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя, Новаго Завета», слова диакона: «Со страхом Божиим и верою приступите» – эти слова адресованы всем присутствующим в храме, а не только к одной какой-то категории людей, например, тем, кто подготовился ко Святому Причащению. Конечно, здесь нужно избегать крайностей, и важно, чтобы человек, по слову апостола Павла, с рассуждением приступал к принятию Святых Христовых Таин, чтобы причастие не превращалось в формальность, рутину, чтобы у человека от частого причащения не наступало чувство привыкания к этому величайшему Таинству. Но я повторяю, что частое и регулярное причащение должно быть основой духовной жизни всякого христианина. Мне трудно представить себе мою жизнь без причащения хотя бы раз в неделю. Я в каком-то смысле живу от одного воскресения до другого, от одного праздника до другого. Именно причащение дает силы быть христианином. Владыка, вопрос о правиле. Согласно уставу Русской Православной Церкви, есть целый ряд молитв перед причастием, которые должен совершить человек, прежде чем он приступит к этому таинству. Если учесть тот ритм, в котором живет сейчас большинство людей, особенно молодежь, учащиеся, то вычитать все эти правила довольно сложно. В результате многие не подходят к Святой Чаше потому, что не могут должным образом подготовиться к Причастию. Во-первых, нет никакого официального устава Русской Православной Церкви, который бы говорил, что именно должно быть вычитано перед причащением Святых Христовых Таин. В молитвенниках существует Последование ко Святому Причащению: на него и надо ориентироваться. Это Последование не является частью суточного богослужебного круга, оно нигде не упоминается в типиконе, но является набором молитв, которые были составлены в разные века и которые помогают христианину настроиться на соответствующий лад и достойно подготовиться ко Святому Причащению. Я думаю, что прочитать это Последование раз в неделю, накануне воскресного дня, когда человек готовится к принятию Святых Христовых Таин, не является чем-то требующим очень большого времени и очень больших жертв. Думаю, что и учащиеся, и учащие, и работающие, и воспитывающие детей могут найти необходимые двадцать минут, чтобы прочитать это правило. Если же этих минут не находятся, тогда правило можно сократить, ограничившись несколькими молитвами. Смысл ведь заключается не в том, чтобы вычитать определенное число молитв, а в том, чтобы соответствующим образом себя настроить и духовно подготовиться к принятию Христовых Таин. Иногда бывает полезнее прочитать одну молитву, но несколько раз – медленно, с пониманием, продумав и прочувствовав каждое ее слово, – чем вычитать целое Последование, но при этом чтобы ум оставался рассеянным и мысли блуждали на стороне.
Существует, кроме того, практика чтения канонов и акафистов перед принятием Святых Христовых Таин. И есть духовники, которые эту практику навязывают своим духовным чадам в качестве обязательной. Говорится, например, что перед причащением следует вычитать как минимум три канона, один акафист, а сверх того Последование ко Святому Причащению. Я лично не согласен с этими требованиями. Во-первых, никакой церковный устав их не предписывает: это лишь благочестивая традиция, которая ни в одном церковном уставе не прописана. А во-вторых, если человек хочет читать каноны и акафисты и у него есть для этого время, то ничего, кроме пользы, такое чтение принести не может, но ставить вычитывание этих канонов и акафистов условием для причастия, я считаю, глубоко неверно. Таким образом мы только отпугиваем людей от Святой Чаши, лишая их того, что является сердцевиной и основой христианской жизни, – причащения Святых Христовых Таин. Владыка, есть еще одна практика: перед причастием нужно три дня поститься. Если человек причащается еженедельно, каждое воскресенье, получается, что он должен поститься со среды по субботу включительно. Для многих это является неудобным и невозможным. Ответ на этот вопрос, так же как и на другие подобные вопросы, следует искать в церковном уставе, в типиконе. Где-либо типикон предписывает посты сверх тех, которые установлены Святой Церковью? Нет. Какой-либо другой устав, принятый Церковью и одобренный ею в качестве общеобязательного, предписывает эти посты? Не предписывает. Человеку, который причащается редко, который не соблюдает посты, который далек от Церкви, полезно перед причастием несколько дней попоститься. Но если человек соблюдает те посты, что установлены Церковью, – а это четыре многодневных поста, еженедельный пост в среду и пятницу в течение всего года, – то мне кажется, что навязывать ему еще какие-то дополнительные посты не следует. К тому же, если вы откроете православный антикатолический катехизис, который издавался в XIX веке и до сих пор используется в качестве учебного пособия в некоторых духовных семинариях, то там Католическая Церковь обличается за то, что она установила пост в субботу. Там же говорится о том, что пост в субботу противоречит церковным установлениям. Таким образом, тем людям, которые соблюдают посты и церковные правила, навязывать сверх этого еще что-либо не следует. Я бы этим людям рекомендовал, если они в среду и пятницу постятся, то в воскресенье и в праздничные дни со спокойной совестью приступать к причастию Святых Христовых Таин. Мы живем в Литве, которая является католической страной. Многие браки смешанные. Во многих семьях отец католик, а мать православная, или наоборот. Каковы должны быть взаимоотношения этих людей, ведь у них – разные традиции, разный календарь. Например, католическая сторона празднует Рождество, когда у православной стороны пост; такая же ситуация в Новый Год. Как здесь поступать, не является ли предательством православной веры в день Рождества по григорианскому календарю сидеть за праздничным столом? Вера не должна разрушать семейную жизнь. Каждый семейный человек должен чувствовать, что он может соблюдать и чем он должен поступиться ради того, чтобы не разрушить семью. Если семья состоит частично из православных и частично из католиков, то задача православного христианина заключается в том, чтобы не поступаться ничем существенным в том, что касается его веры, но в то же время следить за тем, чтобы его вера не вызывала отторжение и неприятие других членов семьи. Если у мужа и детей праздник, а жена постится, это может стать источником конфликта. В таком случае, я думаю, нет большого греха в том, чтобы на католическое Рождество или на Новый год устроить праздничный стол и принять участие в праздничной трапезе вместе с мужем и детьми, а потом продолжить поститься до православного Рождества.
Мы с подобными же проблемами сталкиваемся в Австрии и в Венгрии, где мне задают подобные же вопросы. Как правило, я отвечаю следующим образом: каждый семейный человек должен чувствовать, где та грань, которую ему не следует переступать. Иногда православному человеку приходится идти на какие-то жертвы для сохранения семьи. И это касается не только воздержания от скоромной пищи, но и воздержания от брачного общения, которое предписывается церковным уставом в определенные дни. Такое воздержание полезно, если оно служит духовному росту обоих супругов, но оно может нанести непоправимый вред брачному союзу, если один из супругов не готов к длительному воздержанию. Такие вопросы, наверное, правильнее было бы каждому православному христианину решать со своим духовником. Здесь нет готовых ответов, потому что каждая конкретная ситуация должна рассматриваться отдельно. Некоторые люди прожили в браке многие годы, а сейчас обратились к вере, и им говорят, что, оказывается, они всю жизнь прожили в блуде, потому что не были венчаны. Такое мнение проповедуют некоторые духовники. Признает ли Церковь официальный гражданский брак, в частности, в тех случаях, когда один из супругов не принадлежит к православной вере или является нецерковным человеком? На этот счет существует официальная позиция Русской Православной Церкви, выраженная, опять же, в «Основах социальной концепции», где говорится о том, что Церковь признает гражданский брак и не считает его блудом. Поэтому те духовники, которые утверждают, что люди, прожившие долгую совместную жизнь и воспитавшие детей, но по каким-то причинам вовремя не повенчавшиеся, прожили свою жизнь в блуде, вступают в противоречие с учением Церкви.

С епископом Иларионом беседовал клирик Виленского Свято-Духова собора

http://www.orthodoxia.org/

Fr. Juan Mateos. Развитие Византийской Литургии. Часть IV: Плоды Святого Причащения

Часть IV: Плоды Святого Причащения
Для понимания плодов Святого Причащения, как они выражены в Византийской Литургии, мы должны вспомнить текст Эпиклезиса из предыдушей части. Здесь мы видим подчёркивание плодов Причащения: "Якоже быти причащающымся во очищение[13] души, во оставление грехов, в приобщение Святаго Твоего Духа, во исполнение Царствия Небеснаго, в дерзновение еже к Тебе, не в суд, или во осуждение"
Первый упомянутый здесь плод Святого Причащения - это очищение дущи и оставление грехов. Здесь мы должны отметить, что наш перевод, "очищение дущи", не соотвествует современному греческому тексту. Причина в том, что в греческом языке мы имеем два слова с одинаковым произношением: nepsis, означающее бодрствование или трезвение, и nipsis, означающее очищение. В тексте литургии стоит nepsis, но это, должно быть, ошибка вследствие идентичного произношения. Nepsis - это специальное аскетическое слово, которое никогда не использовалось в сочетании с душой, основой естественной жизни, как в этом месте: nepsis psyches. Оно всегда соотносится с разумом, nous. Следовательно, в данном контексте здесь должно стоять nipsis, означающем истинное омовение или очищение души от любого пятна и греха, как первый плод Евхаристии.
В молитве приготовления к Причащению, находящейся перед "Отче наш", к Богу обращено подобное же прошение: "... с чистою совестию, во оставление грехов ... не в суд или во осуждение". Здесь мы находим повторение всех основных плодов Евхаристии практически в тех же слова, что и в Эпиклезисе. Прежде всего, мы видим прошение об оставлении грехов и прощении согрешений, что соответствует аналогичным прошениям в Эпиклезисе и подтверждает наше предположение об использовании слова nipsis (очищение) вместо nepsis (трезвение).
Римская Месса также содержит прошение об оставлении грехов как плоде Евхаристи: Libera me per hoc sacrosanctum Corpus et Sanguinem tuum ab omnibus iniquitatibus meis … ("Через всесвятые Тело и Кровь Твои освободи меня от всех беззаконий моих"). И причастившись из Чаши, священник говорит: "... praesta, ut in me non remaneat scelerum macula, quem pura et sancta refecerunt sacramenta" ("да не останется во мне и пятна греха, принявшем Чистое и Святое Таинство").
Оставление грехов и наше очищение - это первые плоды Евхаристии, как результат пролития за нас на Кресте Крови Христовой; и в то же время они удаляют всякое препятствие к принятие главного плода, "Причастия Духа Святаго".

 

Причастие Духа Святаго
Эта фраза происходит из Второго Послания св. Апостола Павла к Коринфянам (13, 13): "Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святого Духа со всеми вами". Мы уже упоминали это слова, как источник тржественного приветствия, начинающего анафору.
Следует заметить, что родительный падеж может использоваться как в субъективном, так и в объективном смысле. Слова "любовь Бога Отца" могут означать либо любовь, которой Бог любит нас (Бог здесь субъект), либо же любовь, которую мы проявляем к Богу (Бог здесь объект). Во фразе апостола Павла родительный падеж обозначает субъект, так что Дух Святой является действенной причиной общения. Для большей ясности можно перефразировать: "общение, совершаемое Духом Святым"; хотя, если нам нужен точный перевод, то наиболее удачным будет тот, что мы привели выше.

 

Смысл слова "общение"
И св. Павел и св. Иоанн используют слово koinonia в смысле близкого союза, что мы переводим словом общение[14]. Св. Иоанн в Первом послании пишет (1, 3): "о том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение (koinonia) с нами: а наше общение (koinonia) - с Отцем и Сыном Его, Иисусом Христом". Так христиане, через их единство с апостолами, получают общение с Богом, Отцом и Сыном, действием Святого Духа, как об этом прямо говорит апостол Павел.
Союз с Богом достигается, согласно ап. Павлу, путём усыновления: "Когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего [Единородного], Который родился от жены, подчинился закону, ... дабы нам получить усыновление" (Гал. 4, 4-5). А сыновьями Бога и братьями во Христе нас делает действие Святого Духа: "Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии ... Вы ... приняли Духа усыновления, Которым взываем: „Авва, Отче!" Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы - дети Божии. А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу" (Рим. 8, 14-17).
Дух Святой, делающий нас сынами Божиими, посылается Церкви Христом, воскресшим из мёртвых и прославившимся. Он есть Податель Духа, а в Евхаристии мы принимаем именно Воскресшего Христа, так что вечный Дар, которым Он наполняет нас, есть именно Дух Святой.
Дабы обозначить, что мы принимаем Воскресшего Христа, Церковь на всех Литургиях установила перед Святым Причащением специальную церемонию, соединение хлеба, Тела Христова, с вином, Кровью Христовой, символом жизни. Как разделение хлеба и вина служит символом смерти Христовой, так их смешение является символом Его Воскресения. Византийский священник, полагая частичку Пресуществлённого Хлеба в чашу, поизносит формулу: "Исполнение Духа Святаго", поскольку ради полноты Духа, живущего в Нём, Христос "стал духом животворящим" (1 Кор., 15, 45).
Византийская Церковь, дабы более ярко подчеркнуть присутствие Воскресшего Христа, добавила к обычному смешиванию ещё одну церемонию: вливание в чашу горячей воды. Священник благословляет горячую воду, говоря: "Благословенна теплота Святых Твоих (Даров)[15]". Теплота может быть как символом жизни, так и символом Духа Святого, имея в виду слова Евангелия от Иоанна о живой воде; возможно, имеют место оба значения: жизнь, данная Духом Святым.
Расставляя по порядку рассмотренные нами аспекты, мы может сказать, что во Святом Причащении мы принимаем Воскресшего Христа, Подателя Духа Святаго, Он вновь вдыхает в нас Святой Дух, Который, углубляя наше божественное усыновление, приводит нас ко всё большему и большему единству с Богом Отцом, Христом, нашим Главой и Братом, и со всеми, кто, подобно нам, являются сыновьями Бога. Он осуществляет единство верных, которые становятся единым телом, Церковью, Царством Бога в этом міре, Царством, которое связывает Божественная любовь, вдохновлённая в наши сердца Духом Святым.
Служебная роль священства в этом преподании Духа Святаго выражается в засвидетельствовании этого в молитве приношения: "вселитися Духу благодати Твоея Благому в нас (служащих), и на предлежащих Дарех сих, и на всех людех Твоих". Это не три разных схождения Духа, но одно; Дух Святой снисходит на Дары через священников и епископов, которые через своё рукоположение имеют особую полноту Духа, и, через принятие Даров, на всех верных. Так что, мы можем сказать, служащие принимают два излияния Духа: одно служебное, для освящения Даров, другое же, как и все верные, для "общения в Духе" с Богом и людьми. Но даже если в первом случае Дух низходит не ради собственно священника, но ради Церкви, никто не станет отрицать, благодатных плодов этого схождения для священника.
Прочие плоды Евхаристии, перечисленные в Эпиклезисе, суть лишь признаки главного плода: "единство в Духе Святом", равно как и "полнота Царствия". В современном греческом тексте стоит "исполнение Царствия Небеснаго", но в старых рукописях слова "Небеснаго" нет. По сути, если в молитве испрашивается плод нынешней Евхаристии, плод, получаемый через приятия Тела и Крови Христовых, то ясно, что этот плод не может быть полнотой Небеснаго Царства, каковая будет лишь однажды в конце времён. Прошение о Небесном Царстве мы находим в молитве перед "Отче наш", в форме будущего времени: "в наследие Царствия Небеснаго", символом чего является Евхаристия. Если так, что же означает прошение "о полноте Царствия"? Здешнее Царствие, которое не может быть непосредственно Царствием Небесным, должно быть сама Церковь, возвещающая Царствие Божие в этом міре. Мы испрашиваем, таким образом, чтобы нам проникнутсья и быть глубоко укоренёнными в жизни Церкви-Сообщества, чтобы мы могли наиболее полным образом участвовать в её жизни и деятельности. Наша братская любовь, единство в Духе Святом, возвещается в первую очередь в полном участии в жизни христианского сообщества. Это церковное братство и сотрудничество есть залог будущей надежы и права на наследование Небесного Царствия.
Последним упомянутым плодом Евхаристии является "в дерзновение еже к Тебе", согласно значению греческого слова parrhesia. Это слово означает, на самом деле, свободу от страха. Оно появляется, например, в Деяниях Апостолов, когда Пётр и Иоанн возвращаются в маленькой общине, чтобы передать им, что им сказали первосвященники и старейшины во время суда; община молится Богу, чтобы апостолы могли "со всей уверенностью" проповедывать Слово Божие (meta parrhesias, Деян., 4, 29). Такая христианская уверенность есть естественное следствие нашего усыновления. Дух Святой учит нас взывать "Авва, Отче"; мы живём в Его доме, в Церкви, и мы наследники Царствия. Мы знаем, что Бог так возлюбил этот мір, что отдал Сына Своего Единородного, так что мы можем через веру избежать погибели и получить вечную жизнь. Таким образом, мы полностью, без какого-либо страха, доверяемся Его отеческой любви к нам.
Последнее прошение в этой серии, "не в суд или осуждение", если рассмотреть его с т. з. логики, должно, похоже, находиться не здесь, но в молитве перед "Отче наш", где оно повторяется. Очевидно, что действительное схождение Духа Святого на Дары не может быть источником осуждения - причиной подобному может быть лишь наше плохое расположение, или недостоинство, препятствующее Ему действовать. Но в Эпиклезисе не стоит вопрос о субъективном расположении участников, только о плодах Духа. С другой стороны, молитва перед "Отче наш", являющаяся молитвой приготовления к Святому Причащению, просит Бога о даровании нам чистой совести для достойного принятия Святых Таин, так, чтобы они принесли должные плоды, не в суд или осуждение. В этом контексте данное прошение полностью оправданно.

http://www.kiev-orthodox.org/site/worship/1157/

Епископ Александр (Семенов - Тян-Шанский). Православный катихизис.

ИЗДАНИЕ МОСКОВСКОЙ ПАТРИАРХИИ МОСКВА 1990

 

СОДЕРЖАНИЕ

 

ЧАСТЬ 1 (Бог Троица)

 

1. Христиане славят Бога Троицу
2. Две тайны: Бог Троица и Бог Любовь
3. Бог Троица есть совершенное единство в Любви
4. Жизненное значение догмата Пресвятой Троицы
5. Бога можно знать, поскольку Он Сам нам открывается
6. «Я есмь Сущий»
7. Совершенство Божие. Его единство и простота
8. Как надо думать о различных свойствах Божиих
9. Бог личен
10. Сущность Божия, или содержание Его Личности
11. Мы верим в Бога Живого
12. Бог Отец
13. Бог Сын, Бог Слово
14. Ересь Ария
15. Попытка путем аналогии пояснить предвечное
рождение Сына Божия
16. Святой Дух
17. Божественность Святого Духа
18. Аналогии, поясняющие тайну Святой Троицы
19. Пути познания Бога

 

ЧАСТЬ 2 (Бог Творец и Спаситель мира)

 

А. Бог Творец и мир сотворенный
1. Почему Бог сотворил мир?
2. Время и вечность
3. Бог в отношении мира
4. Естественное Откровение
5. Цель сотворения мира
6. Ангелы
7. Сотворение видимого мира
8. Сотворение человека
9, Образ Божий в человечестве
10. Образ Божий в человеке
11. Мужчина и женщина
12. Зло
13. Падение Денницы
14. Грехопадение человека
15. Последствия греха
16. Первородный грех
17. Как Бог мог попустить грех?
18. Апологетика
19. Значение Ветхого Завета.

 

Б. Учение о Христе
1. Милосердный Бог приходит на помощь падшему человеку
2. Богочеловек
3. Богочеловек-Спаситель
4. Апостолы - свидетели Божественности Христа.
5. Лжеучение о Христе и Халкидонский догмат
6. Свидетельства о Божественности Христа
7. Промыслительное значение основных событий жизни Господа. Зачатие, Рождество и первые годы жизни Спасителя
8. Иоанн Креститель и Крещение Господне
9. Искушение Господа
10. Христос - Царь
11. Искупительные страдания и смерть Господа
12. Воскресение Христово
13. Вознесение Христово
14. Эсхатология

 

В. Учение о Святом Духе
1. Святой Дух в Ветхом Завете
2. Святой Дух святит Ветхозаветную Церковь
3. Святой Дух в Боговоплощении и Богоявлении
4. Учение Господа о Святом Духе
5. Сошествие Святого Духа и жизнь Церкви
6. Действие Святого Духа на человека
7. Плоды и дары Святого Духа
Г. Церковь
1. Вера в Церковь
2. Что такое Церковь?
3. Единство Церкви
4. Кто делает Церковь Единой?
5. Единство и святость Церкви
6. Признаки единства Церкви
7. Кафоличность, или соборность, Церкви
8. Непогрешимость Церкви
9. Свобода и ответственность в Церкви.
10. Церковь Апостольская
11. Устройство Церкви
12. Границы земной Церкви
13. Церковь торжествующая
14. Святые и Ангелы
15. Православное и католическое учение о «заслугах»
16. Пресвятая Богородица

 

ЧАСТЬ 3 (О Божественной благодати и Таинствах вообще)

 

1. Благодать
2. Пути стяжания благодати
3. Таинство Крещения
4. Совершение Таинства Крещения
5. Таинство Миропомазания
6. Совершение Таинства Миропомазания
7. Евхаристия
8. Совершение Таинства Евхаристии
9. Таинство Покаяния
10. Исповедь
11. Таинство Бракосочетания
12. Совершение Таинства Брака
13. Монашество
14. О Таинстве Священства
15. Таинство Елеосвящения

 

ЧАСТЬ 4 (О духовной жизни христианина. Христианская этика)

 

1. Цель христианской жизни
2. Божественное Откровение
3. Состав Священного Предания......
4. Содержание Божественного Откровения
5. Догматическое и нравственное учение Церкви
6. Основные законы духовной жизни человека
и раскрытие их в Ветхом Завете
7. Декалог, или Десять заповедей
8. Первая и вторая заповеди
9. Третья заповедь
10. Четвертая заповедь
11. Пятая заповедь
12. Шестая заповедь
13. Седьмая заповедь
14. Восьмая, девятая и десятая заповеди
15. О нравственном учении Нового Завета
в сравнении с учением ветхозаветным
16. О делах Христовых, о Его чудесах
17. Призыв Христа к любви примерами любви
18. Притчи об Отце Небесном
19. Притчи о Самом Спасителе
20. Притчи о Царствии Божием, о Церкви
и благодати
21. Притчи о поведении человека
22. Учение Господне о причинах греха
23. О возникновении греха и о борьбе с ним
24. О любви к врагам
25. О прощении и неосуждении ближних
26. Об опасностях богатства
27. О смысле и характере евангельских заповедей
28. О благодатной жизни
29. Узкий путь христианина. Несение креста.
Умирание и воскресение со Христом
30. Бог принимает наши жертвы
31. Заповеди блаженства (Мф. 5, 3-12)
32. Христианин перед лицом смерти
33. Полнота христианской жизни.Умножение талантов
34. Исполнение воли Божией
35. Молитва Господня
36. Общественная и частная молитва
37. Молитва Иисусова
38. О духовном чтении
39. Православное богослужение
40. Иконопочитание
41. Почитание святых мощей
42. Пост

 

Сдано в набор 21. 02. 90. Подписано в печать 4. 05. 90. Заказ № 1068
Книжная фабрика № 1 Госкомиздата РСФСР. 144003, г. Электросталь, Московской области, ул. им. Тевосяна, 25.

 

Скачать книгу

Архимандрит Спиридон. Из виденного и пережитого

Архим. Виктор (Мамонтов). Аскетический и духовный опыт

Сердце пустыни

Жизнеописание архимандрита
Серафима (Тяпочкина)

(Из цикла "Три старца". Первые две части были опубликованы ранее:
"Отец пустыни (Жизнеописание старца Тавриона (Батозского))"— "Православная община" № 26, с. 83-91,
"Пустынный житель (Жизнеописание старца Космы (Смирнова))" — "Православная община" № 33, с. 92-123).

"Смотрите, какую любовь дал нам Отец" (1Ин 3:1)
"Иди сюда, мое чадо, и я отведу тебя к Богу" (преп. Симеон Новый Богослов. Гимн 18:137)

В Никольском храме села Ракитного, переполненном молящимися, после чтения Евангелия в тишине, подобной безмолвию пустыни, старенький согбенный священник говорил проповедь. Вид его был неземной, он излучал любовь и свет, глубокий внутренний покой. Он говорил о любви Христа, ставшей его любовью, его жизнью.
"Божественный Учитель — Господь Иисус Христос — пришел на землю как воплощенная любовь.
Эта любовь сияла в Его очах, отражалась на Его божественном лике, она исходила при всяком Его дыхании.
И как бесконечно были счастливы те люди, которые были современниками земной жизни Христа, которые окружали Его и непосредственно из Его пречистых уст слышали слово Его, которое было согрето бесконечной любовью. Они несли к Нему свои скорби, болезни, печали. Они становились перед Ним на колени, обнимали Его пречистые ноги, целовали края одежды. Путь, по которому проходил Христос, дом, в котором Он останавливался, всегда наполнялись тысячами жаждущих слышать Его слово. Его окружали каявшиеся грешники, у ног Его плакали грешницы, Его радушно принимали мытари, к Нему обращались за помощью даже язычники. К Нему шли "все труждающиеся и обремененные " (Мф 11:28). Так было во все дни земной жизни Христа."
Так было во все дни земной жизни и верного ученика Его, архимандрита Серафима, сказавшего это простое и праведное слово. Он и Христос были друг на друга похожи.

  Архимандрит Серафим (Тяпочкин),
фото Владимира Пархоменко

Старец архимандрит Серафим (Димитрий Александрович Тяпочкин (1894-1982)) жил и служил в стране, верующий народ которой подвергался в течение семидесяти лет неслыханным гонениям. Он — из поколения мучеников и исповедников российских XX века, тех, кто решительно противостоял гонителям, твердо зная, что с Богом всегда побеждают.
Живя в стране несвободы, он был самым свободным человеком, ибо познав и полюбив Истину, неизменно служил Ей. Ничто могло его лишить Ее: со Христом человек везде и всегда свободен.
Он был источником живой воды в духовной пустыне мира, сердцем ее.
Народ видел в нем человека Любви, и он действительно был способен дать Ее людям. Люди радовались и благодарили Бога за то, что Он послал им Своего святого, тихо и кротко являвшего миру Его любовь. Это явление Любви Христовой было необычайно нужным и для Церкви, и для назидания душ, утративших ее.
Старец Серафим был не только приходским священником, а пастырем для всех. К нему шли архиереи, священники, монахи, люди самых разных возрастов и званий.
В небольшом и незаметном селе Ракитном Белгородской области, бывшем имении князей Юсуповых, духовно разоренном, загорелся огонь веры и любви, истинной церковной жизни, оно превратилось в духовный оазис всей страны.
"Мы посещали Ракитное, — вспоминает одна из духовных дочерей батюшки Раиса Рогозянова, — как самое дорогое и необходимое место на земле". "Моя жизнь началась только тут", — свидетельствуют многие из ныне живущих его духовных чад.
Как пчелу издалека привлекает запах цветка, так и истинно верующие люди почувствовали в отце Серафиме своего пастыря.
Им недоставало такого наставника в духовной жизни — любвеобильного, доступного, простого и опытного, и они с великой радостью и жаждой устремлялись в Ракитное.
"Как низко ни пал человек, — писал протоиерей Сергий Булгаков, — но в сердце своем он ничего не хочет, кроме святости, ничего не любит, кроме святости, ничего не чтит, кроме святости".
Творить святых, духовно преображать тех, кого мы любим, а о.Серафим любил всех, — вот в чем заключалось его служение. Он понимал, что "нет ничего нужнее и важнее для человека, нежели святость" (о.Сергий Булгаков). Старец, по слову апостола, "вразумлял всякого человека, научал всякой премудрости, чтобы представить всякого человека совершенным во Христе Иисусе" (Кол 1:28).
Господь доверил ему это служение и дал благодать исполнить его.

"СВЯЩЕНСТВО БЫЛО МЕЧТОЙ МОЕЙ ЮНОСТИ"

В этот мир, где так мало любви, отец Серафим явился из мира любви, каковым была благочестивая семья, где он родился. В конце прошлого века на одном из балов в Варшаве встретились и навсегда полюбили друг друга — двадцатичетырехлетний Александр Иванович Тяпочкин, сын командира полка, расквартированного в Варшаве, и шестнадцатилетняя Элеонора Леонардовна Маковская, дочь премьер-министра польского правительства.
Элеонора (Александра), приняв православную веру, обвенчалась, за что была исторгнута из своей среды. Господь благословил благочестивых супругов двумя сыновьями и тремя дочерьми. Димитрий был третьим ребенком. Он родился 1/14 августа 1894 года. "Место моего рожденья , — писал о.Серафим в анкете 1962 года, — г. Новый Двор, бывшей Варшавской губернии. Отец мой происходил из бывшей Екатеринославской губернии (ныне Днепропетровской области). Он был почтово-телеграфный служащий (начальник конторы). Как служащий он был перемещаем в разные места. В год моего рождения — 1894-й — он служил в бывшей Варшавской губернии в городе Новый Двор". Во святом крещении младенца нарекли Димитрием в честь великомученика Димитрия Солунского.
С детства Димитрий полюбил храм и часто убегал с занятий на богослужения. "На деньги, данные для обеда в школе, — вспоминает его сестра Надежда Александровна, — он покупал свечи в храме".
В год прославления преподобного Серафима Саровского девятилетний Димитрий почувствовал призвание к священству, а преподобного Серафима, житие которого он прочел в пятилетнем возрасте, полюбил навсегда и стал молиться ему, постоянно чувствуя благодатную связь с ним.
"Когда настало время моего учения, — вспоминал о.Серафим, — отец взял меня с собой на богослужение, в котором участвовали ученики духовного училища. Это богослужение глубоко запало в мою детскую душу: я просил отца определить меня на учение в духовное училище. Желание мое было исполнено.
По окончании духовного училища (1911г.) я перешел в духовную семинарию (г.Холм). Здесь окончательно я укрепился в своем стремлении к пастырству. Моя духовная настроенность, очевидно, не укрывалась от взоров окружающих. Меня приблизил к себе преподаватель семинарии — иеромонах Даниил (впоследствии епископ, родной брат инспектора Московской духовной академии, тогда архимандрита, Илариона (Троицкого) - будущего исповедника веры); меня принял под духовный отеческий кров незабвенный отец — ректор семинарии архимандрит Серафим (Остроумов), впоследствии епископ Белы Холмской, затем Орловский и архиепископ Смоленский, погибший в 1937 году. По окончании семинарии я направлен был в Московскую духовную академию.
Господь судил недолго быть мне в академии. В 1917 году я поступил, и в том же году академия была закрыта.
Недолгое время моего пребывания в академии в стенах Свято-Троицкой Сергиевой Лавры осталось для меня неизгладимым на всю жизнь".
Димитрий хорошо знал древнееврейский язык и, учась в академии, подрабатывал репетиторством, получая в те голодные годы за урок только ужин. С большой теплотой о.Серафим вспоминал преподавателей академии, среди которых был отец Павел Флоренский. Его фотография висела рядом с фотографией епископа Игнатия Брянчанинова в келье старца.
Не имея возможности продолжать учебу в духовной академии, Димитрий в селе Михайловке Екатеринославской области преподавал географию в школе. В 1920 году он обвенчался с Антониной Викторовной, учительницей математики. 18 октября этого же года, в день памяти св. апостола и евангелиста Луки, в Днепропетровском Свято-Тихоновском женском монастыре викарием Днепропетровской епархии епископом Евлампием (Краснокутским, † 1922) Димитрий был рукоположен во пресвитера. О.Димитрий вступил на свое пастырское служение, о котором мечтал с юности, зная, что всякий, твердо пошедший за Христом, встретит на своем пути многие скорби и испытания.

ВСЕГДА ПАСТЫРЬ

Пастырское служение о.Димитрий проходил в Днепропетровской епархии в смутное время, в обстановке гонений на церковь и расколов.
Оно осложняется и многими скорбями в его семейной жизни: в младенческом возрасте умирают один за другим от голода два его сына.
С 1921 года по 1936 год о.Димитрий стал благочинным церквей Солонянского района Днепропетровской области. Гонители церкви сразу же обратили внимание на образованного, ревностного и любимого народом отца благочинного Димитрия и стремились избавиться от него.
В 1922 году на Крещение Господне, когда о.Димитрий отслужил литургию в своем храме, его попросили совершить освящение воды в соседнем приходе из-за болезни тамошнего настоятеля. Он сел в бричку и поехал к храму. Не доезжая моста, лошади вдруг понесли. О.Димитрий лег на дно повозки, чтобы не выпасть из нее. Вдруг он услышал крики "Стой!" и выстрелы. Стреляли в его сторону. Но лошади мчались так быстро, что остановить их было невозможно. Только у храма они замедлили бег и остановились.
Впоследствии выяснилось, что священник этого храма был за сутки до праздника Богоявления арестован ГПУ. Подосланные хотели убить благочинного — о.Димитрия.
То были годы ожесточенной борьбы советской власти с церковью: осквернялись святыни, разрушались храмы и обители. То было время обновленческого раскола.
"От обновленцев, — говорит архимандрит Зинон, известный иконописец, — он потерпел много. (Это слово требует уточнения, потому что сейчас у нас обновленцами называют чуть ли не половину православных священнослужителей, забывая, что грех обновленчества не в том, что они пошли на сотрудничество с безбожной властью, считая, что советская власть воплощает идеалы Евангелия в жизнь лучше, чем патриаршая церковь, а в том, что они устроили раскол)".
В одном из храмов, захваченном "живоцерковниками", которые подчинили себе местного священника, о.Димитрий выступил с проповедью, в которой защищал Православную церковь и патриарха Тихона.
Впоследствии, когда о.Серафиму нужно было в каких-нибудь анкетах, церковных и светских, отвечать на вопрос: "Состоял ли в обновленческом расколе?", — он всегда отвечал: "Никогда".
Когда закрыли храм в с.Михайловке, где служил о.Димитрий, он, верный своему пастырскому долгу, тайно совершал литургию дома, тайно крестил, исповедовал, венчал, причащал больных, отпевал.
Дочь Нина Дмитриевна вспоминала, как приходили к нему по ночам люди из разных мест, и он уходил с ними в дальние селения, пробираясь оврагами, чтобы исполнить требы. Иногда его не было три-четыре дня, и дети сидели в холоде, голодные, боясь выйти из дома.
В этих условиях нужно было учиться совершать Божие дело тайно, и оно совершалось подпольной церковью.
О. Димитрий не отошел от церковного служения, как это сделали шесть пастырей его благочиния, уйдя на светскую работу. Он оставался духовным отцом многих своих чад. Хотя не раз ему говорили, что это опасно, он отвечал: "Мне это благочиние вручил Господь через епископа, всегда служить — мой пастырский долг, а трудно сейчас всем".
О. Димитрия арестовывали много раз, но, допросив и предупредив, отпускали. Он был взят на учет органами ГПУ за то, что... пользовался большим авторитетом среди духовенства и верующих.
Чтобы прокормить семью и помогать ближним, он в 1939 году устроился через знакомых ночным сторожем на железнодорожном топливном складе в Днепродзержинске. Ночью в сторожке о.Димитрий вместе с верными прихожанами совершал тайные богослужения. Власти выследили и забрали его в ГПУ прямо с работы.
В 1941 году о.Димитрий был судим по статье 54 Украинского Уголовного Кодекса. Оставив трех дочерей двадцати, восемнадцати и пятнадцати лет одних (в 1933 году о.Димитрий овдовел) в пустой чужой квартире, он уезжает в лагерь без права переписки. За ним по этапу в Сибирь последовали три его прихожанки из с. Михайловка, две из них там и умерли. Долго никто из родных не знал о нем ничего.
В эти дни лишений и лютой скорби о.Димитрий сказал себе: "Несчастный страдающий брат! Это зовет тебя Христос. Иди к Нему. Он утешит тебя, Он даст тебе покой души".
И он пошел к Нему, как Петр по воде, но не сомневаясь.
"Он взял в руки святое Евангелие и понес его в мир, не страшась сильных мира сего, мужественно преодолевая все преграды на пути сем, пренебрегая своим земным благополучием и самой жизнью.
Таким скорбным, узким, тернистым путем апостол Павел искал на земле Царства Божия. И еще будучи во плоти, поистине нашел его". Так однажды, говоря в проповеди об апостоле Павле, о.Димитрий — сказал о себе. Господь отрывает Своего избранника от родины, близких, чтобы он почувствовал себя жителем Его мира. Чтобы он познал себя сыном Божьим, отдав всего себя Богу. Только в такой полной самоотдаче его объяла Любовь Христа.
Пастырское служение о.Димитрия продолжалось и в лагере, заботы его о всех оставленных чадах не прекратились, ибо он всех их носил в своем сердце.
Здесь он часто исповедовал, отпевал умерших заключенных, крестил и один раз даже венчал. Пел хор из сокамерников, которых подготовил сам батюшка. Епитрахилью служили два сшитых полотенца с вышитыми на них крестами. Служба совершалась втайне от лагерного начальства, в тайге, там же велись духовные беседы. За это полагался карцер.
Святого узника о.Димитрия заключенные любили, он находился под особой охраной уголовников, когда лагерное начальство начинало притеснять его.
Когда истек срок десятилетнего заключения, начальник лагеря спросил о.Димитрия:
— Что ты намерен делать на свободе?
— Я священник, служить намерен.
— Ну, если служить... тогда еще посиди.
И еще дали пять лет.
Предлагалось тихо уйти от Христа. Скажи он тогда: "Где-нибудь устроюсь. Найду какую-нибудь работу"... Но о.Димитрий повел себя как мужественный исповедник, готовый умереть за Христа. Он не искал страдания, а согласился на него. Он горел желанием возвратиться в родные места, к детям, к любимой пастве, но он оставил все, чтобы следовать за Христом, Которого любил больше всего на свете.
Алеша Карамазов говорил: "Не могу я отдать вместо "всего" два рубля, а вместо "иди за Мной" ходить лишь к обедне".
В автобиографии 1962 года о.Серафим написал: "Стаж церковной службы — сорок второй год", смело подчеркнув тем самым, что и в лагерях он был не просто заключенным, а священником, т.е. служил.

"ЛЮБИТЬ — ЗНАЧИТ СТРАДАТЬ"

Внешняя свобода исчезла для о.Димитрия, зато возросла внутренняя, которая есть тяжелое бремя и причиняет боль. Многие легко отказываются от нее, чтобы не страдать.
Но по слову Симеона Нового Богослова "Любить — значит страдать". Любить любовью Христа — это пить Его чашу, ту чашу, которую Сам он просил Отца "мимо пронести".
О. Димитрий смертельно скорбит. Его мог утешить только Господь. Поэтому душа его вспоминает в эти тяжелые дни Гефсиманский подвиг Иисуса Христа. Только самым близким душам он мог поведать в письме из уз тайну своего страдания: "Совершишася и паки Голгофа и паки Крест".
Дорогая дщерь моя, незабвенная Мавро!
"Душа моя скорбит смертельно". Вспоминая Гефсиманский подвиг Христа Спасителя, нахожу утешение и своей скорбящей душе. Скорблю, скорблю тяжело; скорблю о себе, скорблю о детях, сродниках своих, скорблю о пастве своей, скорблю о чадах своих духовных, скорблю о любящих, помнящих обо мне и ожидающих моего возвращения ныне. Но совершилось то, о чем я горячо и усердно молил Господа, "да мимоидет от меня чаша сия".
Вот мое скорбное повествование. В феврале месяце я выбыл из Канска в Балхаш, Казахстан. Писать оттуда тебе, дщерь моя верная, я не имел возможности. В Великий Четверток окончился мой страдальческий подвиг и только лишь 2 VI/20 V я выехал оттуда...
"Обаче не якоже Аз хочу, но якоже Ты". ...

1 декабря 1998 г.
http://www.stphilaret.ru/favor/serafim.htm

Скачать всю книгу

Святитель Игнатий (Брянчанинов). О СВЯТЫХ ХРИСТОВЫХ ТАЙНАХ. Слово в Великий Четверток на Литургии.

У СТЕН ЦЕРКВИ. Сергей Фудель

Причащение Святых Тайн Тела и Крови Христовых.

Видео. Песня Мария, знала ли ты? - "Mary did you know?" Clay Aiken с русским переводом текста слов песни

Мария, знала ли Ты
Что Твой Малыш однажды будет ходить по воде?
Мария, знала ли Ты
Что Твой Малыш спасёт наших сынов и дочерей?
Знала ли Ты
Что твой Малыш пришёл чтобы обновить Тебя?
Этот Ребёнок, которого ты родила, вскоре возродит тебя.

 

Мария, знала ли Ты
Что Твой Малыш даст зрение слепому?
Мария, знала ли Ты
Что твой Малыш успокоит бурю Своей рукой?
Знала ли Ты
Что Твой Малыш ходил там где ангелы ходят?
Когда Ты целовала Своего Малыша - Ты целовала лицо Бога?

 

Мария, знала ли Ты...

 

Слепые будут видеть,
Глухие будут слышать,
Мертвые оживут,
Хромые будут скакать,
Немые начнут провозглашать
Хваления Агнцу.

 

Мария, знала ли Ты
Что Твой Малыш - Господь всего творения?
Мария, знала ли Ты
Что Твой Малыш однажды будет править народами,
Знала ли Ты
Что Твой Малыш идеальный Агнец Небес?
Тот спящий Ребёнок, что Ты держишь - Великий Я Есмь.

 

Mary, did You know
that Your Baby Boy would one day walk on water?
Mary, did You know
that Your Baby Boy would save our sons and daughters?
Did You know
that Your Baby Boy has come to make you new?
This Child that You delivered will soon deliver You. Mary, did You know
that Your Baby Boy will give sight to a blind man?
Mary, did You know
that Your Baby Boy will calm the storm with His hand?
Did You know
that Your Baby Boy has walked where angels trod?
When You kiss Your little Baby you kissed the face of God?

 

Mary did You know..

 

The blind will see.
The deaf will hear.
The dead will live again.
The lame will leap.
The dumb will speak
The praises of The Lamb.

 

Mary, did You know
that Your Baby Boy is Lord of all creation?
Mary, did You know
that Your Baby Boy will one day rule the nations?
Did You know
that Your Baby Boy is Heaven's perfect Lamb?
The sleeping Child you're holding is the Great, I Am.

Павел, архиепископ Финляндский, "Как мы веруем"

В. И. Долгопалец. Круг жизни. Путешествие по Святой Земле

Скачать книгу Владимира Ильича Долгопальца
"Круг жизни. Путешествие по Святой Земле" (9,70 mb; 320 с.).

Книга содержит 12 блоков цветных фото

Если ваш компьютер не открывает файл, то вам нужно установить Adobe Acrobat Reader

В книге описан годовой цикл православных постов и праздников. Эти материалы дополнены житейскими рассказами на злободневные темы и афоризмами подвижников благочестия. Параллельно даются фотографии и энциклопедические описания святых мест Израиля, связанных с событиями церковного календаря. Приведена православная Пасхалия на 2010-2030 годы.

Доступность, точность и корректность изложения, актуальность затрагиваемых тем делают книгу прекрасным миссионерским пособием.

Книга адресована всем, желающим подробнее узнать об основах Православия. Она будет незаменимым спутником для паломников и туристов, желающих посетить Святую землю.

В. И. Долгопалец. Чему мы можем поучиться у Израиля. Какою мерою мерим

Скачать книгу Владимира Ильича Долгопальца
"Чему мы можем поучиться у израиля. Какою мерою мерим" (4,92 mb; 176 с.).

Книга содержит блок цветных фото в середине книги.

Если ваш компьютер не открывает файл, то вам нужно установить Adobe Acrobat Reader

Первая часть книги посвящена рассмотрению существующих способов погребения усопших с точки зрения истории, экологии, экономики, нравственности и религии. Описывается история появления первых крематориев в России. Дан обстоятельный разбор всех аргументов пропагандистов кремации и убедительно показана их полная несостоятельность. Собраны уникальные материалы, касающиеся не только кремации, но и тех новейших методов «утилизации» тел покойников, которые уже идут ей на смену.

Вторая часть книги логически дополняет первую. В ней рассматривается вопрос о святости мест захоронения. Кроме того, дан взгляд на разные события современной жизни сквозь призму церковного календаря и Закона Божия.
Материал изложен в доступной форме, иллюстрирован блоком цветных фотографий и рассчитан на самую широкую читательскую аудиторию.